Он прикусил губу, напоминая себе, что у Вил Тора – самые лучшие намерения. Дело просто в том, что и он, и Гэйнор – да и весь экипаж «Элтории», на самом деле – были планетниками. У них у всех были дома на планетах, и по окончании рейса «Элтории» они мечтали вернуться туда, вниз, в пыль, грязь и вонь.

Ну что ж, этот визит не будет долгим. Джетри выучил маршрут «Элтории» по Внутренним Мирам. После отлета с Модрида мастер вен-Деелин позаботилась о том, чтобы и маршрут, и торговый манифест стали для него отдельным предметом изучения, и теперь он знал, что у корабля запланирована трехдневная остановка, после чего он возьмет курс на Наорд. Что за лоск старая дама может навести на него за столь короткое время, было неясно, и Джетри позволил себе мысленно усомниться в том, что на него вообще возможно навести лоск. Тем не менее, по его разумению, дама имела право попытаться.

Раздался сигнал часов, и Вил Тор поспешно проглотил остаток чая, отодвигаясь от стола.

– Увы, долг зовет, – пробормотал он. – Гэйнор…

Та помахала рукой:

– Да, с радостью. Но сейчас идите, милый друг. Не отказывайте себе в таком счастье.

На это он улыбнулся и на ходу тронул Джетри за плечо.

– До скорого, Джетри. Будьте здоровы.

Сидящая напротив него Гэйнор изящно зевнула.

– Боюсь, что я тоже должна вас покинуть, мой друг. Желаю вам как можно более приятного визита. С нетерпением буду ждать подробного рассказа, когда вы к нам вернетесь.

Она встала из-за стола, собрала пустую посуду и, как и Вил Тор, на прощание дотронулась до плеча Джетри.

– До скорого, Джетри.

– До скорого, Гэйнор.

Он еще какое-то время сидел за столом, один. Ужин он не доел, да и есть не хотелось. Ему надо было собрать вещи и немного отоспаться, поскольку его привычные вахты изменили, подгоняя под утреннее прибытие на планету. Не годится проявить тупость в присутствии приемной матери мастера вен-Деелин. Никак не годится, раз он – сын дома.

Вздохнув и ощущая некоторую тяжесть в животе, он собрал немалые остатки своей трапезы, сбросил все в утилизатор и побрел к себе в каюту, вертя в пальцах фрактин.

День 139-й

1118 год по Стандартному календарю

Ириквэй

Планета Ириквэй оказалась тяжелой, жаркой и влажной. Свет, получаемый ею от своей звезды, был безжалостным, он проникал сквозь глаза прямо внутрь черепа, вбивая в мозг головную боль.

Джетри закрыл глаза и стиснул зубы, хотя находился в нескольких дюймах от портовой улицы, набитой транспортом, несущимся с безумной скоростью по траекториям, явно проложенным с целью самоубийства.

– Ай-ай-ай! – сказала мастер вен-Деелин. – Что ж это я ничего не соображаю? Секунду, дитя мое.

Сквозь прищуренные глаза Джетри смотрел, как она быстро возвращается в контору, откуда они только что вышли. На улице продолжал рычать транспорт. Джетри снова зажмурился, чувствуя, как солнце раскаляет ему волосы. Влажный воздух нес с собой множество запахов, и ни один из них не был приятным. Джетри начал надеяться, что они не застанут подругу мастера вен-Деелин дома и смогут сегодня же вернуться на «Элторию».

– Ну, вот, сын мой. Прошу вас надеть их себе на глаза.

Джетри приоткрыл глаза щелочками – и увидел тонкую руку, на которой сверкало крупное кольцо с фиолетовым камнем. Рука держала перед ним пару очков с черными стеклами. Он взял их, заправил изогнутые дужки себе за уши, пристроил перемычку на нос.

Улица осталась такой же, какой была до того, как он надел очки, только яростный свет солнца ослабел на порядок. Он вздохнул и открыл глаза шире.