– Очень хорошо, – сказала леди Маарилекс со своего кресла, где у нее на коленях спал Флинкс. – Вы не находите, юный Джетри?

Он вздохнул.

– Сударыня, я думаю, что работа превосходна, но рукава слишком длинны, а брюки – слишком узки.

Господин пен-Джерад возмущенно вскрикнул. Леди Маарилекс подняла руку.

– Те вещи, о которых вы упомянули, представляют последнюю моду и не обсуждаются. Моде поклоняемся все мы, и все мы послушно идем на ее призыв. Как иначе мы можем показать себя людьми достойными?

Джетри посмотрел на нее:

– Это шутка, сударыня?

– Хм. Прогресс. В некотором смысле – да. Определите, в каком именно – и это будет уже серьезный прогресс. А пока мы довольны усилиями мастера пен-Джерада в отношении вечернего костюма. Будьте любезны, Джетри, продемонстрируйте мне теперь костюм для визитов.

Костюм для визитов не был настолько неудобным, но все-таки характеризовался серьезным недостатком в отношении карманов. Брюки были свободнее, кремовая куртка – просторной, рубашка – темно-синей, с отложным воротничком и без всяких рюшей. Он оказался достаточно близок к купеческому костюму, чтобы с ним можно было освоиться, и Джетри вышел в главную комнату и сделал поклон продолжавшей сидеть главе семейства.

– Этот тебе нравится? И есть почему. Куртка хорошо сидит, несмотря на слишком широкие плечи. Отличная работа, Сун Эли.

Портной поклонился.

– Если вы находите мою работу приемлемой, мне больше нечего пожелать, – сказал он. – Однако я должен возразить: плечи не слишком широкие, а превосходно уравновешивают все остальные пропорции. Это – уравновешенная фигура и приятная, если рассматривать ее саму по себе. Только когда мы сравниваем ее с общепринятыми понятиями красоты, мы вынуждены сказать, что плечи слишком широки, ноги слишком длинны, а грудная клетка – слишком объемная.

– Да что вы говорите?

Она взмахнула рукой, приказывая Джетри повернуться, медленно – что он и сделал, получая удовольствие от соприкосновения кожи с шелком и от того, как куртка облегает ему плечи, даже если они действительно чересчур широкие.

– Да, похоже, что вы правы, Сун Эли. Если рассматривать в контексте, включающем лишь этого молодого человека, то обнаруживается некая приятная гармония.

Поворот Джетри снова поставил его лицом к ней, и он остановился, заставив себя держать руки спокойно опущенными.

– Так скажите мне, юный Джетри, вы будете красавцем?

И это уже точно была шутка, если вспомнить лицо и фигуру, характерные для всех Гобелинов. Он чуть поклонился.

– Я думаю, что буду очень похож на моего отца, сударыня, а я никогда не слышал, чтобы его с точки зрения красоты оценивали выше обычного.

Как это ни удивительно, она наклонила голову.

– Хорошо сказано, и к тому же честно. – Она заглянула ему в глаза и чуть заметно улыбнулась. – Нам надо еще поучить вас. Однако осталось еще проверить повседневную одежду, если вы окажете мне честь?

Туннель расширился, потом – расширился еще немного. К третьему расширению он превратился в большую круглую комнату, заполненную столами, стульями, людьми и оборудованием – это и оказалась Администрация Банфа.

Хат прервала свой мерный шаг и заморгала, несколько растерявшись при виде всей этой деятельности. Она обвела помещение взглядом, выискивая, к кому обратиться.

Столы стояли на небольших возвышениях, и перед каждым была вывеска, где название станционной должности значилось на земном и портовом.