Компьютеры, конечно, были все заняты – хотя Хат и не нужно было передать сообщение или сделать запрос. Однако ей хотелось как следует видеть табло, так что ей пришлось немного попетлять между различными группами разговаривавших.

Наконец ей удалось встать позади необычной группы: полдюжины лиадийцев тихо и сосредоточенно переговаривались между собой, не обращая внимания больше ни на кого. Поверх их голов она могла смотреть без проблем – и наконец ясно увидела табло, на котором значились пять земных кораблей, включая ее собственный, – и четыре лиадийских корабля, названия которых были бессмысленным набором земных букв или портовых иероглифов.

Хат хмуро смотрела на перечень, пытаясь разобрать названия – и не добиваясь никакого успеха. Четыре лиадийских корабля на Банфе – это была новость, которую, конечно, Пейтору будет интересно узнать. Однако безымянные они мало для чего годились – а ведь рядом с двумя из четырех нерасшифрованных названий стояли коды Синдиката, так что Пейтор был бы особенно заинтересован в этих названиях, чтобы запросить о них главную базу данных.

У некоторых лиадийцев были ключи Синдиката – особенно часто это бывало среди тех, кто работал на Краю. Поскольку Банф находился на Краю, не было ничего странного, что в порту оказался принадлежащий лиадийцу ключ. Для порта такого размера, как Банф, можно было даже принять два, с учетом случайного характера событий во вселенной. Но четыре лиадийских корабля, причем два – с ключами?

У Хат заныла косточка совпадений.

Она смотрела на табло, толком его не видя, и пыталась решить, есть ли у нее шанс вытянуть что-нибудь полезное из Администрации и под каким предлогом можно было бы поспрашивать. И во сколько это может ей встать.

– …сколько зим! – проорал ей на ухо радостный мужской голос.

Она подскочила, заморгала, повернулась чуть слишком быстро для столь тесного помещения – и опустила руку, смущенно засмеявшись.

– Кизон Трэйгер, я от неожиданности чуть из кожи не выскочила!

– Я тоже, когда мне показалось, что этот удар будет нанесен! – парировал он. Голубые глаза искрились на веселом круглом лице. – Но я тогда смог бы сказать моему капитану, что меня приложила Хат Гобелин.

Она выгнула бровь.

– Твой капитан рассчитывает штрафы за драку с учетом того, кто тебя уложил?

Он гордо выпятил грудь, изображая из себя крутого парня. Как прекрасно знала Хат, никакого изображения тут не требовалось – если только не ради шутки. Кизон Трэйгер был достаточно крутым.

– Моя капитан сказала, что если кто-нибудь уложит меня в драке, она отменит штраф и заплатит вдвое тому, кто это сделал.

Он позволил себе немного сдуть грудь и устремил на нее притворно встревоженный взгляд.

– У тебя с наличными все нормально, Хати?

Она со смехом покачала головой.

– Даже если бы и нет, существуют способы попроще.

Его облегчение было картинным – и ужасно забавным.

– Ну, я рад слышать, что у тебя все нормально.

Он посмотрел на табло.

– «Рынок» не с тобой?

– «Рынок» на Кинаверале, на капремонте. Сейчас я наемный пилот. – Она махнула в сторону табло. – Сегодня привела «Лантику». Если разгрузка пройдет нормально, завтра улечу.

– Вечно мне не везет, – со вздохом сказал Кизон. – «Пари» вылетает через час. И я сборщик. Как всегда.

Конечно.

– А кто не явился? – спросила Хат.

– Коралин.

Ну, понятно. Младшая сестра Кизона обладала неуемной потребностью исследовать все станции и порты, в которые залетало «Пари», начиная с крыши и кончая тайными подвалами, и не раз из-за нее «Пари» приходилось менять время отлета.