– Госпожа тор-Бели прислала лакомства, – сказала Мейча позади них. – Ты не голоден, Джетри?

– Не слишком, – ответил он, поворачиваясь и адресуя ей полуулыбку. – Если ты проголодалась, бери что хочешь.

Она нахмурилась и снова закрыла тарелку крышкой.

– Может, потом, – сказала она и откровенно встревоженно посмотрела на Миандру. – Сестра?

Наступила пауза, которая закончилась вздохом. Миандра повернулась лицом к сестре.

– Они все еще спорят, – пожаловалась она.

– Конечно, – ответила Мейча. – И, думаю, проспорят еще какое-то время. Тетя Стафели не уступит. И Рен Лар – тоже.

– Ему положено уступать слову делма, – сказала Миандра. – Хоть он и наделм.

Мейча рассмеялась.

– Позволь Рен Лару обихаживать его лозы – и он доволен и спокоен. Но обратись к его долгу наделма и напомни о его более важном долге по отношению к клану – и он становится несгибаемым. – Она помолчала, а потом пожала плечами: – В конце концов его ведь обучала тетя Стафели.

Миандра даже улыбнулась, хоть и не очень уверенно.

– Это верно.

– А о чем, – спросил Джетри, – они спорят? О древней технологии?

Мейча и Миандра переглянулись.

– Древняя технология – это начало, – ответила Мейча и отошла от стола, чтобы сесть на краешек стула.

Миандра прошла к ней и опустилась на ковер у ног сестры, поджав ноги. Лицо у нее было очень серьезным.

Помедлив секунду, Джетри сел напротив них и откинулся на спинку, делая вид, будто чувствует себя непринужденно.

– Итак, – сказал он, – спор начался с древней технологии.

– Совершенно верно, – подтвердила Миандра. – Рен Лар, конечно, желал, чтобы погодное устройство было удалено, немедленно – возможная опасность для винограда его беспокоит, и вполне оправданно. Он ведь мастер-виноградарь, и его долг – оберегать и лелеять лозы. Однако тетя Стафели решила, что ты определил меланти правильно, что лейтенант-разведчик получил должный ответ, а твоя клятва была дана должным образом. Этого Рен Лар оспаривать не мог.

Наступило затянувшееся молчание. Мейча была нехарактерно тиха: она сложила руки на коленях, распустив пальцы и глядя куда-то над левым плечом Джетри.

Джетри откашлялся. Она перевела взгляд на него.

– Однако они все еще спорят – ваша тетя и ваш кузен. Относительно вас двоих?

– Относительно меня, – уточнила Миандра с такой горечью, что Джетри поразился.

Мейча выпрямилась и положила руку сестре на плечо, однако промолчала.

– Быть Целительницей – это допустимо, – продолжила Миандра спустя мгновение уже чуть менее горько, хотя в глазах у нее горел гнев. – Но драмлиза здесь, на Ириквэй… это…

Она замолчала.

– …недопустимо, – тихо договорила Мейча. – Ириквэй освоили те кланы, которые считали, что драмлиз нужно… нужно…

– Уничтожать, – сказала Миандра, и в ее голосе снова появилась горечь. – Считается, что мутация, сделавшая возможной такие способности… что эта мутация представляет опасность для всего генофонда. Потребовали провести чистку. Вопрос решался на Совете Кланов, в самой Солсинтре, и споры кипели много дней, ибо кто может оставаться совершенно спокойным в присутствии человека, который слышит твои мысли или может переместиться от порта до центра города в мгновение ока? Оппозицию возглавила сама Глава Корвала, как рассказывают нам учебники истории, и в конце концов одержала верх.