Пальцы разведчика небрежно шевелились, дополняя произносимое вслух. Джетри попытался отключиться от звуков и сосредоточиться на движениях, которые были почти что знакомыми. На секунду ему показалось, что он уловил суть – и тут разведчик увеличил скорость.

Временно сдавшись, Джетри сел поглубже и сделал еще один глоток вина.

– Потому что я уверен, – говорил разведчик вслух, – что там присутствовало достаточно тех, кому дороги интересы Иксина, и они не допустили бы хулиганства. А тем временем вы могли бы пожелать рекомендовать вашему превосходному мастеру-оружейнику…

Рука мастера вен-Деелин стремительно выстроила цепочку знаков, пока она отвечала:

– Ах, я получала такое удовольствие от вашего визита, что долгом своим стала пренебрежительна. Это вы хотели сказать?

Разведчик рассмеялся. Мастер-купец… возможно, она чуть улыбнулась, прежде чем перевести взгляд на Джетри и подбородком указать ему на дверь.

– Будьте любезны, юный Джетри. У разведчика тер-Астина и меня есть еще одна тема беседы, которую я решительно отказываюсь предпринять на земном.

– Да, сударыня. – Он встал и поклонился, неуклюже из-за оставшегося полным бокала вина. – Доброй вахты, сударыня. Разведчик – я благодарю вас.

– Нет, дитя, – отозвался разведчик, поднося к губам вино, – это я благодарю вас за то, что вы оживили дежурство, которое без этого было бы донельзя рутинным. – Он повел рукой, повторяя жест мастера вен-Деелин. – Идите. Поешьте, отдохните. Учитесь хорошо и делайте честь вашему кораблю.

– Да, сударь, – выдохнул Джетри и поспешил удалиться.

День 67-й

1118 год по Стандартному календарю

«Элтория»

Уроки этикета

– Да! – вскричал Рэй Жон тел-Ондор, прыгая вокруг Джетри, словно энергошарик, который слишком долго подзаряжали. – Именно так неуклюжий дикарь-переросток с дальнего края галактической ветви будет кланяться, подтверждая истинность существующего долга!

Подпрыгнув, он на мгновение остановился всего в нескольких дюймах от лица Джетри.

Застыв в поклоне, Джетри видел сапожки коротышки, перепрыгивавшего с ноги на ногу в такт какому-то бешеному ритму, который был слышен ему одному. Джетри заставил себя дышать ровно, не обращая внимания ни на сведенную судорогой мышцу в спине, ни на зуд в коже головы, где неаккуратно отрастали волосы.

– Отлично сыграно, юный Джетри! Поистине умело созданный образ! Позвольте мне предсказать вам блестящую карьеру в театре!

Каблуки сапожек сдвинулись со щелчком, и мастер тел-Ондор на секунду застыл совершенно неподвижно.

– А теперь, – сказал он в модальности учителя, обращающегося к ученику, – проделайте это правильно.

Не имея желания выслушивать лекцию мастера тел-Ондора относительно того, как глупо давать над собой власть эмоциям (на эту тему он всегда высказывался очень красноречиво), Джетри не стал ни вздыхать, ни чертыхаться, ни даже морщить нос. Вместо этого он выпрямился – медленно и, как он надеялся, с изяществом – и на секунду застыл, опустив руки вдоль тела и стараясь успокоиться.

Вопреки его надеждам, в эту вахту дело было не в новых сапожках, которые дожидались у него в каюте – пять пар на выбор! – и даже не в том, что шелковистая синяя рубашка стягивала ему торс, и даже не в том, что новая и, как это ни странно, купеческая куртка ограничивала амплитуду его движений.