Бармен ждал их в одной из неприметных каморок. У него их было множество, и никто никогда не знал наперед, какую он выберет на этот раз. Клюге сидел за колченогим столом с бутылкой водки. Один глаз был закрыт черной повязкой.

Отто вошел вслед за подростками и встал у них за спиной.

— Где Санта? Почему не пришел? — недовольно спросил Клюге. — Так дела не делаются.

— Он будет позже, — соврала Калерия. — Ты говорил, у тебя есть водила. Давай ближе к делу.

— К телу! — тотчас встрял Мика.

Клюге обратил на него внимание, и, наполнив граненый стакан до краев, толкнул к пацану.

— Пей.

— Ему нельзя, — запротестовала Калерия.

— А ты что мне маманя? — храбро сказал Мика, взял стакан и назло выпил.

Пить ему было нельзя. Об этом все знали. Клюге тоже. Калерия ясно поняла, что водилы им не видать как своих ушей, выбраться бы живыми и то хорошо. Она попробовала дать знак Свину, но толстяк в упор не замечал ее потуг.

— Садитесь, располагайтесь, чувствуйте себя как дома, "солнечные дети", — проговорил Клюге, но радушный хозяин из одноглазого получался с тем же успехом, как из сутенера ксендз.

Мику в это время начало развозить.

— Ты тоже, дядя не тушуйся, — сказал пацаненок. — Налей что ли еще по одной.

— Да ты закуси, — Клюге подтолкнул к нему тарелку с уже надкусанным бутербродом.

— Русские после первой не закусывают, — храбро произнес Мика.

— Ты что ли русский? — неожиданно зло произнес Клюге.

Он щелкнул пальцами и в комнате, словно по мановению волшебной палочки появился Гришка по прозвищу Выключатель, известный в городе мокрушник, в руке у него был пистолет.

Это было совершенно против правил. Мало того, что Выключатель заявился в бар с "пушкой", так он еще был из другого района. Из Центрального-вечного соперника квартала Пропавших домов.

— Пацаны, шухер, нас предали! — заорал Мика, но встать не смог и свалился опять на диван.

Всякие шевеления Свина остановило дуло пистолета, которым Выключатель ткнул ему в затылок.

— Совсем еще сосунок, даже волосы не растут, — убийца тряхнул косицей, которой он очень гордился. — Раз Санты нет, то толстяк мой.

— Мы так не договаривались, — возмутился Клюге. — Тебе деньги за Санту были уплачены.

— Меня не волнует, — продолжал тот, похотливо поглядывая на подростка. — Я ж не виноват, что Санта не явился. Я свои обещания выполнил, пришел. А кого я грохну: Санту или Свина, уже роли не играет. Только я сначала поимею этого поросенка. Обидно, если эта отьетая задница сгинет не поиметой.

Выключатель, развернув Свина лицом к двери, выпихнул пистолетом в коридор.

— Извращенец, — презрительно бросил бармен, впрочем, выждав пока дверь за ним закроется. — Жалко, что Санта не пришел. Мне такие бабки за него обещали. Ну да ладно.

Бармен встал из-за стола, подошел к Калерии и повторил:

— Проклятый извращенец. Тут такие девки, а его на пацана потянуло.

Взяв Калерию за подбородок, развернул к себе лицом.

— Если бы ты знала, как я ненавижу всех этих детей. Я и терпел то вашу банду только из-за тебя.

— Он все врет, он тебя не любит, — пробормотал Мика с дивана.

— Конечно, нет, но трахну с удовольствием и очень обстоятельно и качественно, — осклабился Клюге.

Он едва приметно кивнул Отто.