— Они увезли ребят в другое место, — сказал он.

— Куда? — сразу спросил Картазаев, но никто ему и не думал отвечать.

— Надо уходить, — с тревогой проговорил Санта.

Картазаев и сам видел, что надо. Поначалу его поразило лицо Свина с отвисшей и мелко подрагивающей челюстью, которой он должен был неминуемо отхватить себе язык. Глаза толстяка вылезли из орбит, словно при виде привидения. А уж саму опасность Картазаев увидел потом.

Поначалу он принял надвигающийся шум за эхо своего выстрела, отразившееся от потолка. Только потолок как-то странно деформировался. Лишь потом до него дошла вся жуткая правда. А именно то, что до самого потолка надо еще добраться сквозь плотные ряды притаившихся на нем до поры до времени репликаторов. Потревоженные выстрелом, они очнулись от спячки. Многометровое живое покрытие одновременно пришло в движение.

Особенно нетерпеливые твари спрыгивали вниз, но разбивались из-за большой высоты или падали в дыры. Основная же масса сбегала по стенам и далее вниз, по ступеням. Картазаев увидел катящуюся на них сплошную рыжую волну, колючую на вид, грозящую достичь и смести их всего через несколько минут. Острия кровожадно вытянутых жвал сверкали словно серпы. По — паучьи вывернутые ноги, двигающиеся с немыслимой быстротой, издавали настолько мощный гул, что создавалось полное ощущение, что по трибунам сбегают стада слонов.

— Бежим! — крикнул Картазаев, еще не зная куда.

— За мной! — Санта бросился к краю арены, где находились выходы на нижний ярус.

И в этот момент репликаторы закричали. Сначала раздались одиночные пощелкивания, а потом из тысяч глоток исторгся вой и свист одновременно. Ноги Свина подкосились и, разом задохнувшись, он упал. Лицо его посинело, он силился разорвать невидимую удавку на шее. Они подняли его и поволокли к спасительному выходу, до которого оставалось не более двадцати метров.

Видя ускользающую из-под носа жертву, репликаторы завыли с новой страстью, Свин вдруг выпрямился и, отшвырнув в стороны своих спасителей, кинулся обратно, прямо под ноги — копья несущегося во весь опор рыжего стада. Ему ничем нельзя было помочь, они сами едва успели заскочить в дверь и захлопнуть ее, как с той стороны на нее обрушился удар. Единственное, что их спасло и не позволило выбить дверь сразу, так это то, что репликаторы с ходу завалили ее сотнями своих тел, не имея возможности пробиться сквозь свои же живые завалы.

Люди оказались заперты в узкой длинной кишке, пролегающей под трибунами. Через каждые сто метров в коридор выходили новые двери, и теперь в них стали выпрыгивать репликаторы. Вскоре с обеих сторон скачками приближались прыгучие твари.

Картазаев с Сантой устремились к лестнице. Коридор за ними запруживался пощелкивающей жвалами живой рекой. Они выскочили на лестницу и бросились по ней наверх. Репликаторы ринулись за ними, но опять застряли на входе, образовывая свистящую и воющую на все лады кучу — малу.

Люди использовали возникшую паузу, чтобы оторваться и затеряться в череде раздевалок. Убедившись в отсутствии погони, они остановились передохнуть. Картазаев поспешил привести бомбу во взведенное состояние.

— Ты не понял, что все это бесполезно? — спросил Санта.

Чтобы отвязаться, Картазаев согласно кивнул головой.

— Полчаса тебе хватит, чтобы убраться из зоны поражения? — спросил он. — Хотя бы на пять километров.

— Ты не понял, — повторил Санта.

— Что ты все заладил! — Картазаев настроил, наконец, бомбу, завинтил свинцовый колпачок на место и катнул снаряд под кучу поломанных стульев. — С этого момента наши пути расходятся, Санта. Желаю тебе выбраться из этого ада.

Санта остановил его.