— Все хорошо! Я споткнулся!

— Споткнулся он! — тут же ответил его дед. — Долдон! Под ноги смотреть надо! Третий десяток, а мозгов, как у барабули! Пустил, придурка, в дом, так он его разломать решил!

— Мировой у тебя дед. — шепнул я ему на ухо. — Поговорить надо, Карыч. А то ты все бегаешь от меня бегаешь.

— О чем? — так же негромко просипел тот.

— Сам как думаешь?

— Витек, за мать прости, бес попутал!..

— Не о ней речь. Кореец! Кто такой, как найти?

— Ты откуда про него…

— От верблюда! Саня, не беси меня! Отвечай на чертов вопрос!

В это время дед, который ко всему прочему, был глуховат, что-то все-таки заподозрил. И, шаркая, стал подниматься по лестнице. Ворча по пути про несчастье, которое из себя представляет его непутевый внук.

Втягивать в наши разборки еще и пожилого человека, совершенно не причастного, не хотелось. Вот что с ним делать, когда он войдет и увидит, как какой-то парень его внучка в стену вбил? Даже трогать его боязно — старый, сломать легко. Да и сердечко, небось, ветхое. Спровоцирую инфаркт, и будет на моей совести еще и смерть гражданского.

Поэтому, я выдернул Карыча из стены, подхватил его под мышку, и одним прыжком вынес нас обоих из комнаты в окно. Это оказалось неожиданно легко, будто я каждый день такое проделывал — со взрослым мужиком в охапке скакал, как горилла. Изменившиеся мышцы сделали моего пленника легким, как ребенок, а ноги сработали амортизаторами, слегка согнувшись в коленях и смягчив приземление.

"А к этому легко привыкнуть!" — подумал я мельком.

Не останавливаясь, я отбежал от дома Кареевского деда туда, откуда наблюдал раньше. И тут же, не давая Карычу прийти в себя, с силой впечатал его в дерево.

— Говори! Кореец!

Здесь, в хлипенькой рощице, можно уже было не таиться, поэтому вопрос я свой задал в полный голос.

— Да просто кент один, Витек! Ты че… ты че, вообще? Кореец, я не знаю, как его зовут. Дурь толкал вроде, а недавно подкатил с сывороткой. Спросил, смогу я ее загнать или нет! Вот и все!

— Ты дурку не гони, Санек! — оборвал я его блеяние. Трусоватым оказался уголовник, даром, что научился броню на теле отращивать. Как толпой наезжать, да за женщинами прятаться, он молодец, а как отхватил пару раз, так даже сопротивляться не пытается. — Я слышал, как вы ночью трепались! Твоей задачей было вывести сыворотку на анапский рынок, и зацепить максимум иностранных туристов, которые на съезд приехали. А ты, придурок, решил собственную банду сверхов собрать, и потом тут править. Прав твой дед, мозгов у тебя, как у той барабули!

— Так это ты за нами следил?

— Я. Еще раз, кто такой Кореец и где его можно найти?

— Да не знаю, кто он! Тип один, Патрон его погоняло, сказал за него, мол, с ним можно работать! Вот и все, что о нем знаю! Ну и телефон его для связи. Но там автоответчик. Надо присылать сообщение, а потом Кореец сам на тебя выходит. Ныкается, падла!

Умно с его стороны. Не знаю пока, как мне это поможет, но телефончик этот взять надо. А еще лучше — забрать часы Карыча, чтобы с них звонок совершить.

Не откладывая дело в долгий ящик, я сорвал с его руки браслет, сунул себе в карман. Пленник даже не дернулся — делай с ним, что хочешь. И этот тип намеревался банду сверхом создать? Смешно, честное слово!

— А чего он сам не толкал сыворотку, а? — уточнил я.

— Да откуда я знаю? Может, выходов не было, может от смотрящего добро не получил. Мне побоку, свои планы были.

— Да, я понял уже. Сколько он тебе отдал на реализацию?

И вот тут, впервые за весь наш разговор, Карыч решил воспротивиться. Глянул на меня исподлобья и хмуро поинтересовался.