Жюв машинально пододвинул ей кресло.

– Я уверен в том, что я утверждаю, – сказал он, – так же как, с другой стороны, я уверен, что кучера Коллардона убили по приказу Фантомаса. Это был, безусловно, обременительный сообщник…

Жюв, сказав это, умолк, пристально глядя на баронессу. Она смотрела на него безумными глазами, не понимая его слов. Наконец несчастная спросила:

– Значит, вы меня арестуете?

В ответ на этот вопрос у Жюва появилось какое-то подобие улыбки:

– Боже мой, конечно, нет! Пока еще я вас не арестую…

И так как взгляд Валентины становился все безумнее, как будто горькие мысли неотступно тревожили ее мозг, Жюв продолжил:

– Я не арестую вас, потому что сегодня я не мог увидеться с судебным следователем и получить приказ об аресте! Впрочем, по правде говоря, я считаю, что у меня нет достаточно формальных доказательств вашего преступления. Нет, мадам, я вас не арестую, и вы можете уйти и возвратиться к себе… но…

И Жюв особенно настаивал на этих словах:

– Но я прошу вас быть в моем распоряжении! А также я прошу вас передать мою просьбу господину де Леско зайти ко мне в любое время, начиная с завтрашнего утра. Если случайно я узнаю, что вы намереваетесь уехать, разумеется, я немедленно приму меры, чтобы вам в этом помешать. Следовательно, ваш интерес заключается в том, чтобы спокойно оставаться у себя, вы меня понимаете, мадам?

Растерявшаяся Валентина утвердительно кивнула головой. Жюв продолжал дальше:

– Итак, возвращайтесь в свой дом и ждите, пока я вас не оповещу о своих намерениях! Мне хотелось бы вас предупредить, что для вас наступило время быть очень внимательной. Добавлю, что я желал бы ошибиться, и искренне надеюсь, что вы окажетесь невиновной!.. Вы можете удалиться, мадам!..

Тогда Валентина поднялась, совершенно автоматически…

У нее не нашлось ни слова в ответ; у нее не было сил даже протестовать!

– До свидания, мадам! – повторял Жюв, открывая Валентине дверь.

У молодой женщины вырвался нечленораздельный хрип:

– Я не убийца! Я не преступница!

Как только за Валентиной закрылась дверь, Жюв испустил усталый вздох! Он вытер лоб, усеянный капельками пота, бросил на свою постель огромный револьвер, который не был заряжен, затем обратился к себе с монологом:

– Бедняжка! Это чудовищно жестоко, то, что я только что сделал… но у меня не было выбора. К тому же, благодарение Богу! Теперь я почти убежден, что она не принимала участия в смерти своего дяди… который не был ее дядей… Надо сказать, я противоречил самому себе… Черт возьми! Я хорошо знаю, что кулон был украден! Я хорошо знаю, что Жап и Фантомас не имеют никакого отношения к Гаду!.. И что Коллардон заплатил своей жизнью за соучастие, которое оказалось обременительным!

На мгновение Жюв замолчал, затем продолжил:

– Ах! Если бы только я мог заставить заплакать эту милейшую баронессу де Леско… или направить на нее шланг для поливки… или заставить ее быстро пройтись… неважно, какое средство применить, лишь бы снять ее грим…

Внезапно Жюв пожал плечами.

– Баста! – сказал он. – Не сделать яичницы, не разбив яиц! Правда, все это не объясняет явление Жапа… по крайней мере… В любом случае, не будем терять времени…

Жюв произнес действительно странные слова…

Его поведение было тоже удивительным… Он моментально оделся и сбежал по лестнице. Жюв вышел на улицу приблизительно через три минуты после Валентины.

Как только он оказался на тротуаре, он осмотрелся по сторонам и прыгнул в фиакр.

НЕПРЕДВИДЕННЫЙ ТАЙНИК

Журналист, с раздражением поклонившись славному малому, сторожу Ботанического сада, удалился большими шагами, показывая всем своим видом, что он отказывается преследовать таинственного Зизи, который таким ловким и непонятным образом ускользнул от него в тот момент, когда он чистосердечно верил, что мальчишка полностью находился в его власти.