– И ты его заменяешь? – спросил Фандор.

– Точно! – пояснил Зизи. – Когда мне нечего делать, я остаюсь весь день в шкуре, рычу, когда подходят военные и няни с детьми, начинаю крутиться, когда подходят влюбленные. Ночью я шляюсь или нахожусь в шкуре медведя…

В этот момент Зизи артистично скинул оболочку, которая несколько дней служила ему надежным убежищем.

– Сегодня с этим покончено, – сказал он, – так как злой рок на вашей стороне: вы разгадали трюк… Я ухожу! Да, кстати, почему вы гнались за мной по улице?

Зизи стал гораздо более спокойным после разговора с Жеромом Фандором.

Его живой ум, его пробудившаяся сообразительность позволили моментально отгадать, что журналист был не очень настроен против него…

– Прежде всего, – предположил Зизи, – наверное, хорошо, что это не имеет отношения к истории с кошельком, которую мне навяжут потом, но в таком случае, честное слово, я не знаю, к чему можно было бы прицепиться?..

Однако, к сожалению, Фандор также ничего не мог ему сказать.

Журналист догадывался, что Жюв не мог разыскивать Зизи только из-за знаменитой истории с кошельком, которая не заслуживала слишком большого внимания, но, с другой стороны, он не знал, что именно Жюв хотел выведать от Зизи.

Фандор попытался ловко уйти от ответа.

– Ты спрашиваешь, почему я тебя преследовал, – начал он, – мне кажется, мой весельчак, что ты должен об этом сам догадаться.

Таким образом, вопрос, который поставил грум, в итоге к нему же и вернулся.

Зизи его не понял. Он также попытался хитрить.

– Может быть, – начал он, – это имеет отношение к моей бывшей хозяйке?

«Посмотрим, посмотрим! – подумал Фандор в этот момент. – Неужели Зизи знает что-то еще?»

Журналист принял вид полнейшего добродушия. Впрочем, он и не был по-настоящему рассержен, славный Фандор. Ему хотелось сыграть добрую шутку с Жювом, допросив с пристрастием грума до того, как полицейский заставит его говорить!

Фандор ответил:

– По правде сказать, это вполне возможно! В любом случае здесь не место, чтобы разговаривать, давай вначале выйдем из рва, ты знаешь дорогу, я полагаю?

– Разумеется, – подтвердил Зизи.

Он провел Фандора к одному из углов рва, где в стену были вбиты железные скобы.

– Здесь и надо подниматься, – объяснил Зизи, – идите за мной!

Но Фандор понял его по-своему.

– Извини, – заметил журналист, – так как я отстаю от тебя в беге, первым пойду я!

Через десять минут Зизи и Фандор, поднявшиеся из рва, покинули Ботанический сад через маленькую потайную дверцу, щеколду которой Зизи умел открывать. Журналист держал грума за руку и принял меры предосторожности, чтобы его пленник не ускользнул, однако, он его не принуждал никоим образом.

Впрочем, Зизи, приняв решение, казалось, хотел поступать разумно.

В нескольких словах он изложил Фандору, что его самая большая мечта осуществилась, так как теперь он имеет удовольствие беседовать с журналистом…

– Честное слово, – сказал Зизи, – с того времени, как я читаю во всех газетах ваши приключения с Жювом, мне очень хотелось с вами познакомиться! Черт подери, лучше бы, конечно, чтобы знакомство произошло по-иному. Но, в конце концов, надо довольствоваться тем, что оно произошло!..

При этих словах Фандор усмехнулся. Его интересовало совсем другое. Он перевел разговор в нужное направление.

– Итак, мой дорогой Зизи, – начал журналист, – значит, ты не знаешь, почему я тебя выслеживал?

В ответ на это грум начал снова увиливать.