Изменить размер шрифта - +
Но столько лет «закладывания за воротник» сформировало у него уже физиологическое привыкание. Да и манера опасаться заговоров, появившаяся еще в 1680-е, тоже вынуждала его организовывать пьянки ближних людей. Ведь что у трезвого на уме, то у пьяного на языке.

Здоровье ему позволяло.

Крепок Петр Алексеевич был без меры.

Столько лет увлекаться «зеленым змием» и сохранять активность — уникально. Любой Борис Николаевич перед ним спасовал бы. Но, увы, без последствий это все не проходило…

 

Царевич прибыл в кремль.

Вошел во дворец.

И остановился в приемной. Людей человек двадцать. Все утомленные ожиданием и с характерным потерянным видом. И почти сразу невольно выхватил взглядом оружейника Куксона, который постарался прикинуть ветошью. Это слишком было заметно.

— Джон? А ты что тут делаешь? Случилось что?

— Я…

— Что у тебя там? — кивнул Алексей на папку у него на коленях.

— Я… это… — растерялся тот.

— Это он государю проект скорострельного орудия картечного принес. — сказал его сосед.

Судя по всему, от скуки она давно уже все друг с другом обговорили.

— Да, — неохотно кивнул Джон.

Царевич с трудом сдержал раздражение. Он поручил Джону разработку компактного оружия. В первую очередь компактных пистолетов для скрытого ношения — очень нужных и востребованных в разведке и контрразведке. Финансировал. И не понимал, почему там все буксует. А оно вон что получилось…

— Покажи.

Тот, явственно дрожа, протянул папку.

Алексей ее открыл.

Полистал бумаги.

— Образец сделал? — спросил, не отрывая взглядов от материалов в папке.

— Да.

— Испытал?

— Да, но мало. Просто удостоверился, что все работает.

— Сиди тут. Жди.

 

С этими словами Алексей вернул ему папку и решительно вошел к царю.

Тому было плохо.

— Отец! Беда! — с порога выкрикнул сын.

— Что? — не понял государь. С похмелья он туго соображал. Да и голова изрядно трещала.

— Нужно твое вмешательство. — твердо произнес Алексей.

— Что случилось? — начал хмуриться, собираясь с мыслями Петр.

Ну сын ему и выдал заготовленную историю.

Глупую, но смешную. Из числа обыкновенных курьезов, каковыми высший свет живет постоянно.

Отчего царь невольно зашелся смехом.

Потом еще одну.

И еще. Втягивая в беседу. Так что спустя четверть часа Петр Алексеевич уже воспрянул духом и, хоть и страдал немало после затянувшегося запоя, но был готов к решению хоть каких-то дел.

Не желая оставлять отца во дворце, он предложил тому выехать по делам. В поля. Мотивируя это тем, что война на носу, а его пороги обивает оружейник с неплохим образом вооружения. И без него — без царя, никак.

Главное ведь было что? Правильно. Разорвать порочный круг и вытащить отца на какое-то движение. Отвлечь.

 

Царевич и раньше бы подключился. Но дела. Слишком много дел. Да и сам хворал, подцепив простуду. К счастью, легкую. Н овсе одно — не решался к родителю ехать. Помнил о том, что алкоголь сильно снижает иммунитет.

 

Вышли в приемную.

Выхватили Джона Куксона. И поехали к нему в мастерскую. Прямо в открытых санях, чтобы проветриться. Ну и немного проморозить этого мерзавца английского, который его столько месяцев за нос водил. Холода то он совсем не терпел. Вон как бедолага кутался…

 

Приехали.

Начали осмотр установки.

Быстрый переход