|
Но столько лет «закладывания за воротник» сформировало у него уже физиологическое привыкание. Да и манера опасаться заговоров, появившаяся еще в 1680-е, тоже вынуждала его организовывать пьянки ближних людей. Ведь что у трезвого на уме, то у пьяного на языке.
Здоровье ему позволяло.
Крепок Петр Алексеевич был без меры.
Столько лет увлекаться «зеленым змием» и сохранять активность — уникально. Любой Борис Николаевич перед ним спасовал бы. Но, увы, без последствий это все не проходило…
Царевич прибыл в кремль.
Вошел во дворец.
И остановился в приемной. Людей человек двадцать. Все утомленные ожиданием и с характерным потерянным видом. И почти сразу невольно выхватил взглядом оружейника Куксона, который постарался прикинуть ветошью. Это слишком было заметно.
— Джон? А ты что тут делаешь? Случилось что?
— Я…
— Что у тебя там? — кивнул Алексей на папку у него на коленях.
— Я… это… — растерялся тот.
— Это он государю проект скорострельного орудия картечного принес. — сказал его сосед.
Судя по всему, от скуки она давно уже все друг с другом обговорили.
— Да, — неохотно кивнул Джон.
Царевич с трудом сдержал раздражение. Он поручил Джону разработку компактного оружия. В первую очередь компактных пистолетов для скрытого ношения — очень нужных и востребованных в разведке и контрразведке. Финансировал. И не понимал, почему там все буксует. А оно вон что получилось…
— Покажи.
Тот, явственно дрожа, протянул папку.
Алексей ее открыл.
Полистал бумаги.
— Образец сделал? — спросил, не отрывая взглядов от материалов в папке.
— Да.
— Испытал?
— Да, но мало. Просто удостоверился, что все работает.
— Сиди тут. Жди.
С этими словами Алексей вернул ему папку и решительно вошел к царю.
Тому было плохо.
— Отец! Беда! — с порога выкрикнул сын.
— Что? — не понял государь. С похмелья он туго соображал. Да и голова изрядно трещала.
— Нужно твое вмешательство. — твердо произнес Алексей.
— Что случилось? — начал хмуриться, собираясь с мыслями Петр.
Ну сын ему и выдал заготовленную историю.
Глупую, но смешную. Из числа обыкновенных курьезов, каковыми высший свет живет постоянно.
Отчего царь невольно зашелся смехом.
Потом еще одну.
И еще. Втягивая в беседу. Так что спустя четверть часа Петр Алексеевич уже воспрянул духом и, хоть и страдал немало после затянувшегося запоя, но был готов к решению хоть каких-то дел.
Не желая оставлять отца во дворце, он предложил тому выехать по делам. В поля. Мотивируя это тем, что война на носу, а его пороги обивает оружейник с неплохим образом вооружения. И без него — без царя, никак.
Главное ведь было что? Правильно. Разорвать порочный круг и вытащить отца на какое-то движение. Отвлечь.
Царевич и раньше бы подключился. Но дела. Слишком много дел. Да и сам хворал, подцепив простуду. К счастью, легкую. Н овсе одно — не решался к родителю ехать. Помнил о том, что алкоголь сильно снижает иммунитет.
Вышли в приемную.
Выхватили Джона Куксона. И поехали к нему в мастерскую. Прямо в открытых санях, чтобы проветриться. Ну и немного проморозить этого мерзавца английского, который его столько месяцев за нос водил. Холода то он совсем не терпел. Вон как бедолага кутался…
Приехали.
Начали осмотр установки. |