— Ничего не жди и за все благодари, учила меня матушка.

— А моя мама сказала мне, что она боится смерти.

Люси еще никому не рассказывала об этом. У нее мурашки бежали по коже при воспоминании о последнем дне, когда она сидела у кровати умирающей матери.

— Твоя мать, похоже, была одним из немногих честных людей на свете. — Майкл потушил окурок и тут же зажег новую сигарету. — Наверное, ты пошла в нее. Это тебе подарок от матери, твоя честность.

Вовсе не была она такой уж честной. Когда мама произнесла эти слова, Люси поторопилась ответить: «Ты не умрешь, мама», — хотя прекрасно знала, что конец уже близок. Но сейчас она ни за что бы не смогла признаться в этом Майклу. Не хотела она, чтобы он презирал ее за трусость.

— Не очень я честная на самом деле, — сумела она выдавить из себя. — Утром я, например, написала отцу, что еду в зоопарк. И что познакомилась с англичанами, которые меня туда повезут. Конечно, я так сделала для того, чтобы они нас не нашли, но все-таки это вранье.

— Это не вранье, а ложь во спасение. Что касается главного, то ты очень честная девочка, Люси.

Она улыбнулась и подумала: «Теперь я понимаю, почему Брайн в него так влюбилась».

Брайн подъехала к церкви за несколько минут до того, как часы начали бить десять. Выпрыгнула из машины и бросилась к Майклу. Они так целовались, что Люси неодобрительно отвернулась, сказав про себя, что подобным образом вести себя при посторонних все-таки нельзя. Есть вещи, которые должны быть исключительно личными.

— Моя подружка уже тут, — улыбнулась Брайн, заметив наконец Люси.

Они вместе вошли в церковь. Майкл окунул пальцы в большую чашу у входа и перекрестился.

«Наверное, там находится святая вода», — решила Люси.

Священник и какая-то немолодая женщина уже ожидали их около алтаря. Эта женщина должна была быть второй подружкой Брайн. В церкви сильно пахло благовониями.

Люси держалась позади новобрачных, хотя не понимала ни одного слова из венчальной службы, которая, между прочим, была ужасно долгой; она лишь разобрала, как священник сказал, что в глазах Господа они теперь муж и жена. Майкл и Брайн опять стали целоваться как сумасшедшие, потом попрощались с присутствовавшими.

Майкл должен был купить билеты на поезд в Париж, а Люси полагалось отправиться с Брайн и помочь ей собрать вещи. Сборы заключались в том, что женщина бросала все на кровать, а Люси аккуратно складывала. Когда все было уложено, молодая женщина сняла с пальца кольцо с бриллиантом, подаренное ей Тедди, и протянула его Люси.

— Это тебе. Носи на память.

Девочка поднесла кольцо к свету. Бриллиант сверкал словно кусочек льда и был таким прекрасным. Она бережно положила его в сумочку, а Брайн уселась писать письмо своему Майклу. Она вообще верила в любовные письма и во всякую романтику, и в судьбу. Пока она была занята этим, девочка уплетала шоколад из потрясающе красивой коробки. Там были конфеты с карамелью и малиновым муссом и молочный шоколад с имбирем, от которого защипало во рту. Поэтому пришлось заняться шипучим лимонадом. Лимонад и шоколад, два из пяти пунктов их с папой списка выполнены.

— Ну, девочка, пожелай мне удачи, — попросила Брайн, когда Люси пришло время возвращаться в отель.

И Люси не нашла в себе мужества сказать ей, что не верит в удачу.

День стоял страшно жаркий, но какой-то ветреный, и в парке пахло свежо и приятно. Люси шла вдоль Серпентайна и разглядывала лодки, в которых по пруду катались семьи. Ей страшно нравилось, что тут никто ее не знает. Никто не знает, что у нее в сумочке лежит кольцо с настоящим бриллиантом. Не знают, как ее зовут. Подумала, что иногда люди могут начать жизнь с самого начала, потом стала вспоминать мать.