Пытаясь выкинуть из головы назойливые мысли о любви и счастливой семейной жизни, Брук сконцентрировалась на работе. Она допоздна сидела, размышляя о способах лечения маленького Джеффри. И теперь, входя в комнату, была полна решимости помочь ему. Но, войдя, замерла, будто натолкнулась на стену.

— Что ты здесь делаешь? — прошипела Брук.

Мэтт посмотрел поверх головы ребенка и ухмыльнулся. Они с Джеффри сидели на полу, а вокруг были разбросаны кусочки головоломки. Рядом лежала собака. Выглядели они, как двое обычных детей, увлеченных игрушками. Джеффри явно расслабился и был погружен в свое занятие. Что говорить о Мэтте? Он выглядел как всегда, то есть сногсшибательно. Взъерошенные волосы, горящие глаза — есть чем залюбоваться.

— Мы тебя ждали, — объявил Мэтт, поглаживая Лабрадора.

Брук смолчала. Выплескивать свое раздражение при ребенке — не лучший способ найти к нему подход. Растянув губы в улыбке, она сделала несколько шагов, при каждом из которых немилосердно скрипел старый пол.

— Привет, Джеффри.

Мальчик даже не поднял головы, продолжая выискивать подходящий кусок головоломки. Но собака поднялась и медленно направилась к Брук, чтобы обнюхать и по мере возможности обслюнявить ее ботинки и колени. Джеффри взглядом проследил за псом.

Потрепав собаку по голове, Брук решила продолжить знакомство:

— Ты кто?

— Доджер, — пояснил Мэтт. — Он мой.

— У тебя есть собака?

— А ты что-то имеешь против?

Джеффри внимательно смотрел на взрослых, удивленно приподняв бровки.

— Да нет, конечно. Я просто подумала…

— Что? — надавил Мэтт. Он наблюдал, как Доджер подбежал к окну и начал изучать птиц, ковыряющихся в земле в поисках аппетитного червяка или зернышка. Джеффри устремился за собакой головоломка была временно забыта.

— Я даже подумать не могла, что у тебя есть собака, — прошептала она, пока ребенок не мог их слышать.

— Это почему же? — спросил Мэтт, под тяжелым взглядом которого Брук совсем стушевалась.

— Ну… не знаю. — Она пожала плечами. — Ты такой аккуратный, ухоженный…

— Хочешь увидеть меня утром? — ухмыльнулся Мэтт. — Я буду взъерошенным и неприглядным.

Брук совсем не понравилось, когда она почувствовала, что содержимое желудка настойчиво просится наружу. Не будет она отвечать на наглые вопросы Мэтта! Раздражение и еще какие-то чувства (признаваться в которых девушка не хотела даже себе) заставили ее сердце биться чаще.

— А что ты здесь, собственно, делаешь?

— Он принес мне книгу, — неожиданно ответил Джеффри, шлепаясь прямо в кучу паззлов.

— ???

Но ни мальчик, ни мужчина не пожелали ответить на ее молчаливый вопрос.

— Как твои дела, Джеффри? — бодро начала Брук, решив направить разговор в нужное русло.

— Я принес обещанную книжку про ковбоев, вмешался Мэтт и выудил из-за спины детскую книжку, зачитанную практически до дыр. Ему пришлось не один час провести в библиотеке деда, чтобы найти любимую книгу детства.

Внезапно Брук увидела его маленьким мальчиком — этаким сорвиголовой с торчащими волосами и вечно разбитыми коленками, который умилительно просит: «Бабушка, пожалуйста, прочитай еще разок». Волна нежности захлестнула ее, и Брук покачала головой, чтобы стряхнуть наваждение.

— Я хотел встретиться с тобой и поговорить.