– Я вам сделал больно? – виновато спросил он через несколько минут.

   – Ничего страшного, – ответила Тереза.

   – Мне жаль, я подумал, что…

   – Что я ушла, пока ты спал, и теперь, наверное, сдаю тебя полиции.

   – Да, именно так.

   Тереза приоткрыла кофеварку и снова закрыла.

   – Почему вы этого не сделали? – продолжил он.

   Тереза пожала плечами. Можно сказать, что это уже не важно, раз она все равно не пошла в полицию. Или что ей не хотелось оставаться одной. Или что это не ее дело. Но, по правде говоря, ей просто не хотелось отвечать. И она не ответила.

   Кофеварка зашипела.

   Марко за день ни разу не взял пистолет в руки. Тереза хозяйничала, стараясь не беспокоить его, когда он думал или выглядел озабоченным. В начале первого она приготовила поесть, накрыла на двоих (Марко почти ни к чему не притронулся), вымыла посуду, прилегла и вздремнула часок. Марко сидел, положив руки на стол и опустив на них голову. Правая рука разжалась: в ней был пульт от телевизора.

   На цыпочках Тереза подошла к нему, вынула пульт из его ладони, выключила телевизор. Потом вернулась в комнату, оделась, чтобы идти на улицу, и стала ждать, пока он проснется. Услышав, что он зашевелился, она вернулась на кухню.

   – Мне надо в аптеку, – сказала она.

   – Зачем?

   – За лекарством. У меня закончилось.

   Марко выглядел слегка растерянным.

   – Вот, смотри. – Тереза протянула ему рецепт.

   Марко взял, но читать не стал. Глубоко вдохнул и выдохнул через нос. Тереза, сцепив руки на ручках сумочки, ждала разрешения.

   Почему он не может ей доверять? Она заслужила это.

   – Ну ладно.

   Тереза вышла. Марко сидел неподвижно, уставившись на холодильник.

   – Марко, – окликнула Тереза от входной двери.

   Он обернулся.

   – Я быстро, не волнуйся.

   Марко изобразил согласие. Скрежет ключа, открывшего замок и затем закрывшего – кажется, что навсегда.

   Он провел руками по лицу, ото лба к подбородку, словно умывался. Пригладил волосы. Взглянул в свои заметки. Встал. Пошел в комнату Терезы, положил пистолет на тумбочку, растянулся на кровати и задремал.

   Внезапно его разбудил звонок в дверь. Звонили уже в третий раз.

   Он вскочил с кровати, схватил пистолет, выглянул в коридор. Еще один долгий звонок. Он зажмурился: горечь разочарования и осознания. Если Тереза сдала его, он, в общем-то, на нее не злится. Он сжал пистолет обеими руками, нацелив дулом в пол. Приготовился. Возможно, скоро он умрет. В квартире соседки снизу.

   Когда Тереза, нагруженная сумками, вышла из лифта и увидела перед своей дверью двоих незнакомцев, она, казалось, начала пританцовывать – так задрожали коленки. Но лишь на мгновение. Она взяла себя в руки.

   Те смотрели, как она подходит.

   – Что вам надо? – поинтересовалась Тереза.

   – Вы здесь живете?

   – Да, я здесь живу. А вы что делаете у моей двери? – спросила Тереза, покачивая сумками.

   Двое переглянулись.

   – Полиция, синьора. Хотелось бы задать вам пару вопросов.