Не проходит и часа как смущённо, почти испуганно лупавших глазами коряков потчуют настоящей едой: на первое — густой-нажористый суп из концентратов с добавлением сушёного чеснока, свежей дичины и мелкорубленных кусочков копчёного сала; на второе — консервированная баранина и варёный шаш с жирной-домашней сметаной и сливочным маслом. Подспорьем к супу и второму идут ржаные сухари и печёные с тмином, сыром и укропом караваи. По следам основных блюд ходко идут в дело щедро сдобренный сахаром ралгун, шоколад и пастила.

Единые в подходе участники каравана не только кормят и всячески ухаживают за почерневшими от испытаний и усталости туземцами, но и по иному стараются им помочь, успокаивают детей, утешают расплакавшихся от избытка чувств женщин, не жалеют зелий исцеления, по возможности используют магию для врачевания наиболее опасных ран. Активно применяемые Каараном и спецназовцами заклятья школ Жизни и Природы производят на туземцев неизгладимое впечатление — коряки не могут поверить глазам и собственным чувствам, когда плохозажившие раны пострадавших от волков людей уменьшаются прямо на глазах, прекращают ныть-болеть и всячески мешать. Это чудо! Несомненное свидетельство могущества чужаков и их искреннего расположения к отчаявшимся беглецам! Для лишившихся шамана коряков магические умения чужаков имеют не только практическое, но и глубоко сакральное значение — им очень не просто ощущать свою беззащитность, свою уязвимость перед сверхъестественными сущностями Верхнего и Нижнего мира... мистическая сила остроухих порождает в них во многом инстинктивное желание прислониться, довериться, искать защиты у носителей этой силы.

Между делом сотворённое Каараном Око вызывает новую порцию возбуждённых возгласов среди коряков и ещё больше укрепляет авторитет фейри в их глазах — псевдоживое магическое создание немедленно отправляется по оставленному беглецами чёткому следу, летит в целом не высоко, но даже 50 метров над землёй обеспечивают неплохие возможности для наблюдения...

- Я сообщил о встреченных туземцах и их проблеме, - Кааран деловито информирует собравшихся вокруг мужчин, молодому лидеру не требуется их одобрение или поддержка, но он считает правильным держать их в курсе своих действий, в том числе о результатах состоявшегося недавно сеанса связи. - Пока что там не решили, как с ними поступить — вопрос пошёл наверх. Нам же приказано по возможности за ними приглядеть, но не удерживать, если захотят уйти. - Добавил: - В случае явно выраженного ими желания, нам разрешено взять их с собой до промежуточной станции — там они выйдут из-под нашей ответственности и перейдут под ответственность персонала станции. -

Окружившие старшего мужчины по-рабочему спокойно принимают его слова и переданное им распоряжение руководства. Среди них нет неопытных юнцов, но молодого фейри они уважают не только как выпускника ШОН или мага — за время пути Кааран успел заслужить их уважение как грамотный, внимательный, заботливый к нуждам своих людей командир.

- А что там говорят насчёт волков... и не отпускающей местных опаски? - интересуется возглавлявший группу УГ ветеран по имени Малиновый Лис. На поясе лесного эльфа тускло-солидно поблёскивают награды за Поход Возмездия в Большую степь орков, за Клановую Войну, за экспедицию на Даргамрал, полученные уже на Земле награды за войну с сахалар, сражения с кыргызами в Богатых горах и походы в ойратские степи. Опытный воин напоминает: - Насколько я знаю, наши с такими стаями ещё не встречались, но о самой возможности их появления всех давно и постоянно предупреждают. Местные тоже бывает упоминают о необычно умных и злобных волках. Дома (в Серединном мире) подобные стаи обычно собираются вокруг волколака или оборотня, реже вокруг сильной нежити. Как всё обстоит здесь... не знаю, но ничего исключать нельзя... -

- Верно, - соглашается Кааран, неплохо побродившему по южной окраине Великого леса фейри не требуется много разъяснять про повадки оборотней волчьей природы и про то, как они умеют использовать волков.