Он готов, а потому не вздрагивает и не удивляется, когда в нескольких шагах от мерцающей фигуры сына возникает здоровенный словно бы целиком выточенный из единой глыбы льда волк! Клыки создания блестят как тающий под солнечными лучами лёд, дыхание сопровождается тихим, но отчётливым рыком, а соприкоснувшаяся с его лапами трава ломается с едва слышимым звоном! Грациозно бегущий волк, от бело-голубой шкуры которого исходит пронизывающий до костей мороз, движется с несвойственной живым существам пластикой, производит завораживающее и пугающее впечатление!

*

*

Взрыв! Кровавая метель безжалостной волной обрушивается на местоположение отряда токкк! Зевнувшие людоеды не успевают увидеть два стремительно приближавшихся силуэта среди деревьев, не успевают заметить сопровождавшего их жуткого волка, а потому не в силах подготовиться к тому что грядёт...

Идущий впереди Айсмен выдыхает — он до последнего момента допускал возможность ошибки, допускал, что вместо токк обнаружит каких-нибудь левых туземцев, возможно даже не слишком дружественно настроенных к Драконам, однако скорей всего не заслуживших уничтожения на месте. Пустые опасения — уродливые хари людоедов сложно не опознать, как и характерные топоры и палицы с острыми каменными перьями. В общем Айсмен выдыхает... молот в его руках обрушивается на жилистого и приоткрывшего рот в изумлении ублюдка! Сносит его вместе с частью ствола располагавшейся за его спиной сосны!

Дико дрыгающиеся ноги людоеда продолжают активно брызгать кровью из разорванных сосудов, а зверски переломленный у самого основания ствол несчастной сосны только устремляется к земле, как варвар кончает следующую жертву — разогнавшаяся боевая часть огромного молота вроде бы легко-легко чиркает по спине начавшего разворачиваться воина с копьём, легко, как легко... сдирает заскорузлую от грязи шкуру... живую кожу... дробит позвоночник... вырывает обширный пласт кровоточащей плоти! Стволы и хвоя соседних деревьев буквально умываются густыми-щедрыми брызгами крови!

Не позволяющий себе остановиться Айсмен шагает вперёд, твёрдые как камень шершавые от постоянных упражнений ладони привычно скользят по древку устремившегося к цели оружия — так и не успевший подняться с земли токк убит, хотя скорее всё же размазан, как попавший под подошву тяжёлого сапога жук! Не обращающий внимания на усеявшие торс и плечи красные разводы варвар под оглушительный хруст рухнувшего ствола сосны буквально срубает очередного врага... и тут же отправляет молот в полёт к невидимому за деревьями скоплению живых!

Сердце игрока поёт, а разум топит одновременно огненная и ледяная волна дикого восторга — вступившего в бой и наслаждавшегося им ледяного эльфа нельзя назвать маньяком, но захватившая всё его существо волна ярких чувств определённо отдаёт безумием. Что скрывать, Айсмену нравится с головой нырять в круговорот яростной битвы, нравится убивать, чувствовать кровь врага на руках и губах. И хотя доступное ему состояние ледяного берсеркера может сильно помочь ему в схватке, убрать кровавый туман из головы и пламя из сердца, превратить в совершенную машину уничтожения, однако игрок не собирается его применять — бережёт на действительно крайний случай, на по-настоящему пиковый момент.

Тем временем Эгир не отстаёт от отца! С отчётливым звоном возникший в руках у юноши меч из светящегося холодным-мертвенным светом льда снимает голову с ничего не успевшего сообразить людоеда, мгновение спустя на бис повторяет свой успех... чтобы тут же с жутким треском перерубить рукоять и вспороть успевшего заслониться топором врага.