Наконец-то гость не выдержал: всякая молчанка имеет свой предел, если только это не природная немота. — Ошибаешься! — заявил он. — Маяк был внедрен в ее тело еще в младенчестве!

— И я могу иногда ошибаться. В некоторых мелких деталях, — признал, виновато разводя руками, Карриган. — Однако мы с тобой редко видимся и по обыкновению заболтались. А ведь у меня сегодня к еще масса дел! Что ж, к делу! Прошу прощения, я вынужден вас немного потеснить! — Он имел в виду не только своего собеседника, но и Рейчел, сидевшую с ним по соседству, полностью игнорируя происходящее, не обратив даже внимания на ледниковый паралич, сковавший внезапно ее нового соседа. Карриган махнул им небрежно рукой — дескать, в стороночку! И словно невидимая ладонь смела этих двоих, как шахматные фигуры с центра доски к ее краю. На их месте появилась хорошо знакомая Михаилу шарообразная капсула с тощим человеком внутри, и рядом с ней еще две — пустые и пригласительно распахнутые.

— С девушкой придется повременить, сначала займемся нашим сновидцем! — Карриган направился к одной из пустых капсул. Обернувшись к Михаилу, он указал ему на вторую: — Прошу вас, доктор! Без вашей помощи пациенту может грозить летальный исход!

Михаил, словно зачарованный, направился к капсуле. Теперь он ощущал необъяснимую связь со спящим человеком — примерно такое же чувство добавилось с недавних пор в его отношение к Илли, и виной тому был доверенный ему на хранение вселенский вирус. Впрочем, эта капсула, как и предложенное Карриганом дело, и сами по себе представляли для него великое искушение, которое не дано понять человеку, не познавшему магии абсолютного могущества на просторах виртуального мира, как здравомыслящему обывателю не дано понять наркомана. Это сродни гипнотическому состояние слегка нарушил яростный протест, донесшийся со стороны замурованного гостя:

— Если ты это сделаешь, если только посмеешь — знай, что тебе не избежать наказания!

«И откуда только их обоих выпустили? — подивился про себя Михаил. — Не иначе как прямо из сериала „Гибель империи“. Мрачные какие-то ассоциации лезут в голову — не к добру это…»

Карриган, уже забравшийся в капсулу, размещаясь там в спецкостюме, ответил между делом:

— Только не пугай меня, по своей старой привычке, геенной огненной! Дорога туда, как издревле подметили люди, вымощена благими намерениями, а в них меня еще никто не уличил! — И закончил в медленно закрывающейся капсуле: — Мои намерения годятся исключительно на дорогу в рай!

В голове у Михаила, уже готового для ухода в сеть, лисьей тенью прошмыгнуло сомнение: «А ведь Илли тоже возражала против изъятия этого клиента из виртуальных грез…» Погружаясь в сеть, он шуганул лисью тень почти уже виртуальной мысленной метлой: Илли была слишком потрясена убийством ланга, державшего ее в тот момент в своих объятиях. Если бы целью Карригана была смерть Хранителя, он с таким же успехом мог убить ее саму или Михаила. Что же касается ланга — его смерть стала актом справедливого возмездия, хотя и жестоким по отношению к Илли. Но это же был единственный способ забрать у него то, что Карриган нарек вселенским вирусом! В следующий миг Михаил сидел в мягком кожа ном кресле. Вокруг него образовался личный кабинет с мебелью и стенами, имитирующими дефицитный синий чилмарский дуб. Новичок ощутил бы себя здесь истинным боссом, несмотря на то, что на столе вместо эгнота желтела какая-то кнопка. Михаил со вздохом вдавил эту кнопку, и перед ним тотчас к возникла безукоризненная секретарша — миниатюрная барышня в костюме цвета бордо, затянутом на талии «в рюмочку», черноволосая, с нечеловечески огромными и блескучими голубыми глазами.