Не смеялся только арестованный: белый, под Стать своей манне, он топал молча, изредка еще отплевываясь с ненавистью в несъедобные, как выяснилось, сугробы. Какой именно оказалась на вкус «манна небесная», излюбленная пища богов и пустынных монстров, так и осталось загадкой — для всех, кроме бежевого господина. Но он на этот счет не распространялся.

Заноза вдруг резко остановился и, оборвав смех медленно обернулся назад: снег, падавший только что отвесно и величаво, позади словно сошел с ума! Метрах в двадцати над землей в эпицентре вьюжного урагана возникало темное обтекаемое тело, больше всего похожее на летательный аппарат.

Разбираться было некогда. Михаил пересчета взглядом людей: неподалеку в сонном оцепенени брел Бельмонд, перед ним остановились Илли Карриганом, к ним почти бегом приближался Петр.

— Где Аткин? — крикнул ему Михаил.

— Нету Аткина! Пропал! Засосало! — проорал в ответ Петр. Остальные, все еще глядящие в небо, посерели лицами: рядом с катером в снежной маете формировалась вторая смерчевая воронка.

— Похоже, что у твоих друзей из галактическое полиции также имеются кое-какие возможности, — заметил Карриган и добавил про себя: — Или мой старый друг взял их на буксир.

— Странник, ты где там? — Петр нашел глазами Занозу: — Действуй! Уводи нас отсюда куда хочешь — хоть к чертовой бабушке, да побыстрей!

Заноза, пожав плечами, вопросительно взгляну на Михаила — он уже понял, кто из его новых знакомых является Проводником и кому соответственно принадлежит в этой компании окончательно слово.

— Я должен убедиться, что Аткин погиб, — заявил Михаил, по-бычьи упрямо склоняя голову. Он не верил Петру и готов был хоть за ноги вытаскивать Аткина из аэродинамической трубы-хобота.

— Да ты что, братец, совсем охренел? — процедил сквозь зубы Петр, опуская тем временем руку в карман за лазерником. — Сказано тебе, что его нет, он давно уже у носорога в брюхе!

— Советую тебе предъявить нашему Проводнику доказательства, да поскорее! — проронил свое веское слово Карриган: второй катер почти завершил переход в эту реальность, лишь бушевал еще вьюжный ураган, свидетельствующий о возмущениях потревоженного им пространства. Рик вскинул резак:

— Штурман, я их срежу!

— Не стоит, у них отражающее поле, — предупредил Карриган.

— Какие доказательства? Где я их ему возьму?! — окончательно взбеленился Петр, доставая лазерник.

— Вспори носорогу брюхо, — равнодушно посоветовал Карриган.

За пререканиями они не заметили, что Михаил бросился вслед за удаляющимся чудовищем.

— Черт бы тебя побрал! — прорычал Петр, кидаясь за братом, остальные к нему присоединились. Стоявший в сторонке Бельмонд, помявшись немного в размышлениях, возместят ли ему явившиеся слуги закона убытки, если он прямо сейчас им сдастся, в конце концов ринулся вслед за разорившей его компанией. Михаил стал на бегу звать Аткина, сложив рупором ладони, а из кармана у Карригана донеслась трель эгнота.

— Мишка, кончай бегать! Уходим! — заорал Петр, настигая брата огромными прыжками.

— Все. Допрыгались… — прокомментировал ситуацию Седой.

«Господи, дай только мне его увидеть, живого или мертвого!» — взмолился про себя Михаил Летин. Ну не мог он смыться в другие миры, бросив в пустыне заведенного им сюда человека, пусть даже беглого каторжника! Подобное чувство ответственности за доверенных ему людей проснулось в нем впервые; то, что оно оказалось сильнее страха перед братом и даже перед погоней, его самого отчаянно изумляло — словно бы он смотрел на себя со стороны или из прошлого, в котором ему еще никогда ни за кого не приходилось отвечать.