— Сейчас я его выручу, — улыбнулся Странник и направился к дереву, содрогающемуся от трепыханий свалившегося на него с неба неуемного злосчастья. Заноза положил ладонь на ствол, закрыл глаза, и ветки наверху под неудачником стали гнуться, как резиновые. Господин начал довольно быстро падать из, наподобие перезрелого фрукта, хотя очертаниями напоминал скорее несъедобный корнеплод.

Петр сплюнул и вновь обернулся на море, на лицо его отразилось короткое раздумье.

— Купаться нам сейчас некогда, — заявил наконец он. — А вот как в этой галерее насчет пожрать? — Вся его бригада при этом замечании заметно навострила уши.

— Думаю, что и за этим дело не станет, — обнадежил их Карриган.

Попрыгунчик к этому времени уже достиг твердой почвы и с помощью Занозы делал попытки утвердиться на ногах. Лицо его приобрело несколько царапин в дополнение к коронному синяку.

— Оставить бы эту заразу на дереве висеть вместо пугала, — высказался Рик, плотоядно щурясь на невезучего героя. — Одни неприятности от него.

— Здесь имеются неприятности и посерьезней, — тихо произнес Карриган, глядя нахмурившись на черное пятно, медленно пульсирующее среди прочих «картин».

— Что это еще за дыра с неприятностями, как будто нам своих мало? — спросил Петр, но подошедший в этот момент Заноза переключил общее внимание на более актуальную для всех тему:

— Как вы насчет того, чтобы подкрепиться? Ь спросил он. — У меня так с утра крошки во рту не было.

— Мы бы не прочь, только что-то среди этих картин не видно натюрморта, — подала голос девушка-каторжница, кажется, в первый раз с тех пор, как Михаил ее увидел. Голос у нее был высокий и мелодичный. — Может быть, ты покажешь?

И она долго поглядела на Занозу своими бархатными глазами. Заноза улыбнулся:

— Пошли, сейчас организуем!

Михаил невольно покосился на Илли: хоть она держалась возле Карригана, но была по отношению к нему подчеркнуто холодна, так что Михаил мог покойно продолжать тешить себя совершенно безосновательными надеждами. К компании примкнул постанывающий Бельмонд, кое-как приладивший «же на место свою челюсть.

Только они тронулись за Странником, как своеобразная местная «черная дыра», временно позабытая всеми, дала о себе знать: с ее стороны донесся громкий неаппетитный звук, смахивающий на утробную отрыжку обожравшегося людоеда.

Все обернулись, Михаил при этом задел Рика, инстинктивно уже вскинувшего ствол. Стоило Рику в этот момент нажать на гашетку — и только что начавшейся карьере Проводника был бы обеспечен бесславный конец. Но Рик оказался бойцом с крепкими нервами запредельного разведчика: легким движением локтя он отпихнул Михаила, и тот улетел в сторону, сбив по пути с ног Попрыгунчика, свою прекрасную незнакомку и здорово ушибив себе плечо о Карригана. Потом он грянулся спиной о древесный ствол и только тут увидел причину безобразного звука — также в достаточной мере безобразную, но все же гораздо симпатичнее того, что успело нарисовать его богатое воображение пару мгновений назад при звуке чудовищной отрыжки.

От «кляксы» по направлению к ним катился большой ком грязного тряпья. Плотный такой комок, Увязанный обитателями «кляксы» не иначе как для сдачи в утильсырье. Тряпичный колобок быстро приближался, ловко огибая пеньки и деревья, — его Целью явно была их небольшая компания. Выглядел он безопасным, но даже Заноза положил руку на карабин, бормоча под нос:

— Никогда не знаешь, чего ждать из Кляксы.