Шламан Гекса знал, что этой ночью городу суждено пасть. Почему-то верховный жрец не верил, что катастрофы обойдут Цеалинт стороной. Не в этот раз. Удача не попадает в одно и то же место дважды. Прошлый Приход обошел стороной город Гексы, но этот… этот Приход сравняет все с землей.

Гекса просто ждал. Эта привычка сформировалась у жителей Терсы многие тысячи, десятки тысяч, может, даже миллионы лет назад. Привычка замирать при виде растущей на небосводе Меркабы. Замирать и ждать.

Сейчас многие молятся о спасении. Гекса выполнил свой долг перед народом и перед богами, он справил все ритуалы. Теперь он позволил себе любоваться океаном эти последние минуты.

Гул донес до Гексы начало катастрофы. Поначалу легкая, дрожь каменной кладки террасы быстро превратилась в кошмарную свистопляску. Первый толчок волной прошел по земле и скрылся в океане. Небо тут же приобрело уже не прекрасное розовое, а кроваво-красное зарево. Океан сделался суров и приготовился наброситься на сушу, поглотить ее, смыть все живое.

Гекса решил покинуть довольно опасное место террасы, быстро спустился в акрополь и достиг дворца. Как только шламан ступил на первые плиты внутреннего дворцового двора, из недр земли ударил второй толчок. Где-то во дворце с грохотом рухнула стена, повалились декоративные бронзовые светильники и холодное оружие, развешанное в главной галерее. Прямо к ногам шламан подобно ядовитой змее тянулась быстро расширяющаяся щель. Крошево каменных плит ссыпалось туда.

Гекса поднял глаза и увидел ее. Меркаба летела по небу в окружении ореола огня. Страшная, убийственная сила тянулась вместе с движением небесной убийцы по Терсе, сокрушая, сметая, разрывая, уничтожая… Из города послышались крики и плач детей. Так долго ожидали они Прихода, прихода смерти, и вот он, настал час. Город через минуту стал похож на потревоженный муравейник, люди метались не разбирая дороги, бесцельно, хватаясь руками за головы. Женщины прижимали детей к груди, рыдали и причитали. Детский плач приводил в оцепенение тех, кто еще держался и не поддался общей панике. Кто-то в надежде уцелеть собирал вещи, в спешке забывая необходимое, кидая в сундуки и коробки ненужный хлам. По обрушившимся зданиям зашуршали подошвы ботинок мародеров, и за ними уже не гонялась городская стража.

Вдруг раздался взрыв такой силы, что шламан Гекса не сразу сообразил, в чем дело. пришел в себя верховный жрец лишь минуту спустя, опрокинутый взрывной волной, оглохший и ошарашенный. Уши болели так, будто по ним ударили кувалдой. Кажется, из ушей даже пошла кровь. Гекса со стоном поднялся на ноги, взглянул в сторону города и увидел, как над одним из остроконечных пиков горной гряды поднимается огромный столб белого дыма или пара. Острый конус теперь отсутствовал, на его месте зияло жерло кратера. Из него то и дело вырывались тучи камней и пепла. Спустя пару минут все это начало валиться сверху, засыпая Цеалинт. Камни стучали по черепице крыш, по мостовым, выбивали стекла в домах, пришибали бегущих людей, разламывали повозки.

Начинается извержение, догадался шламан Гекса, еще раз презрительно глянув на Меркабу.

Поднялся гул. То был не гул голосов в городе и не ворчание проснувшегося вдруг вулкана. Так ревела вода, смешанная с грязью и камнями, мутными потоками устремившаяся в долину. Снега на вершинах горной гряды начали стремительно таять, и часть их успевала испаряться, а оставшаяся часть смывала лес и окраинные кварталы.

Последовал новый толчок. Шламан Гекса с ужасом бросился прочь в поисках укрытия от камнепада. Камни стали крупнее, хотя и падали теперь реже. Позади с треском и грохотом дворец просел, рухнула сначала одна его половина, а затем и вторая. Трещина разрослась под дворцом, и остатки его вскоре свалились в недра земли, а над тем местом, где стоял дворец, в воздух поднялось плотное облако пыли. Шламан бежал вниз, по изменившейся в ужасную сторону террасе. В город.

Здесь уже все посходили с ума.