Кубик и Страж были просто рады увидеть Илью, но Муром, узнав, что оба не вылезали из капсул уже несколько недель, заставил игроков сделать принудительный перерыв.

Мастер Корд с тихой гордостью похвастался высаженными Меллорнами и невзначай посетовал на охрану замка — за несколько недель темницы Алдоила оказались переполнены шпионами красных.

Муром обещал разобраться. А про себя порадовался, что клетки, с боем взятые у некроманта, пригодились.

Ну а с Вовочкой Муром не только обсудил бюджет клана и состояние рынка, но и, самое главное, состояние Машеньки.

Услышав, что Маша вышла из комы, Муром так стиснул Вовочку в объятьях, что у того затрещали кости, а шкала здоровья разом опустилась до 5 %.

И эта новость дала ему чуть ли не в два раза больше энергии, чем банька с Горынычем.

В общем, Муром провел этот день в высшей степени продуктивно.

Он пообщался с каждым, решая нерешаемые вопросы и давая добро на самые сумасшедшие прожекты.

Более того, богатырь даже нашел время перекинуться парой слов с Тёмой — поваренком из ресторана «Золотая рожь».

Ну как поваренком… Тёма, как и богатыри, застрял в игре и мнил себя паладином.

Паладином, запоровшим из-за девчонки классовую цепочку на получение долгожданного статуса.

В голове у парня оказалось столько тараканов, что Муром не раздумывая отправил его в подчинение Стражу с наказом не слезать с пацана, пока трижды не пройдет среднюю Тренеровочную Полосу.

Единственный человек, а точнее эльф, отвлекать которого Муром не решился, был Алеша.

Илья просто принес ему чашку травяного чая и плошку лучшего меда, самолично собранного на пасеке.

Постоял рядом с другом, который и не подумал отрываться от многочисленных «экранов», показывающих реальный мир.

Алеша был настолько погружен в процесс, что даже не заметил присутствия друга.

Машинально выхлебав чай, он то и дело что-то бормотал в переговорный амулет, но Муром не обижался.

Он просто стоял рядом, щедро делясь с другом своей силой.

И только когда щеки Алеши слегка порозовели, Муром счел, что он сделал достаточно.

Оставив друга одного и плотно прикрыв за собой дверь, Муром шагнул в открытый Иван Иванычем портал и оказался в Желтой комнате.

Достав из Инвентаря меч-кладенец, Илья с сожалением посмотрел на тусклый клинок и повернулся к домовому.

— Ну что, Иван Иваныч…

Муром покосился на приготовленные для Добрыни зелья Великого восстановления и Второго дыхания.

— … выходи на связь с Репсаком, — Муром поймал взгляд домового.

— Пора? — уточнил Иван Иваныч, чувствуя, как по спине начинает свой забег табун мурашек.

— Пора, — подтвердил богатырь. — Тащите сюда Добрыню.

Глава 5

Муром не зря так долго тянул с призывом Добрыни.

Банька с Горынычем, все эти встречи, инспекция замка и града…

Муром ни на секунду не выпускал Добрыню из виду и понимал, когда станет «можно» вытаскивать друга из Сибурска.

Если бы Муром выдернул Добрыню до окончания возведения Сибурской стены, то был бы знатный скандал.

Уж Муром, как никто другой, знал нрав Добрыни, и его отношение к недоделанным делам.

Добрыня в этом плане был сущим педантом.

Илья даже не исключал вероятности, что его друг может психануть, и, наплевав на портал и меч-кладенец, вернуться в Сибурск, чтобы доделать стену.

Поэтому Муром дал другу возможность достроить свое детище и только потом отдал приказ.

И его совершенно не волновало, что мэр Сибурска хотел торжественно наградить Добрыню медалью и статусом «Почетный гражданин Сибурска».

Мур хорошо знал Добрыню, и дал отмашку домовому в нужный момент.