— Ну, может, на следующей неделе, — отозвалась я.

Мисс Амброуз глубоко вздохнула. Это не предвещало ничего хорошего: обычно она набирает побольше воздуха перед спором.

— Флоренс, — начала она.

Я промолчала.

— Флоренс, я лишь хочу убедиться. Вам хорошо у нас в «Вишневом дереве»?

Голос у мисс Амброуз к концу фразы часто идет вверх, будто мир кажется ей настолько неопределенным, что она вынуждена все время переспрашивать. Я отвернулась к окну. Сплошь кирпич и бетон, прямые линии и резкие углы, крошечные окна в маленькие жизни. Линии горизонта не видно. Я никогда не думала, что лишусь горизонта вместе со всем остальным, но только в старости понимаешь: куда ни повернись, все равно будешь натыкаться взглядом на зияющие утраты.

— Не исключено, что нам нужно еще раз подумать — подходит ли вам «Вишневое дерево», — сказала мисс Амброуз. — Может, где-нибудь в другом месте вам будет лучше?

Я повернулась к ней:

— В «Зеленый берег» вы меня не отправите!

— В «Зеленом береге» гораздо больше сотрудников. — Мисс Амброуз наклонила голову вбок, отчего у нее на шее натянулась дряблая кожа и показались мелкие морщинки. — Вам будут уделять куда больше личного внимания.

— Не хочу я личного внимания! Я вообще не хочу никакого внимания! Я мечтаю, чтобы меня оставили в покое!

— Флоренс, с возрастом мы теряем способность понимать, что для нас лучше. Так бывает со всеми. Может, вам еще понравится в «Зеленом береге»? Ну, вдруг там интересно?

— Чего уж тут интересного, когда никто тебя не слушает, — буркнула я батарее.

— Простите, что?

— Я туда не поеду. Вы меня не заставите!

Мисс Амброуз начала было говорить, но сдержалась.

— Почему бы нам не поискать компромисс? Давайте посмотрим, как пойдут дела в ближайший… ну, скажем, месяц? И заново оценим сложившуюся ситуацию?

— Месяц?

— И повторная оценка ситуации. Со всех точек зрения. Испытательный срок.

— Испытательный?! Это какое же преступление я совершила?

— Это фигура речи, Флоренс, не более того. — Каблуки мисс Амброуз выбили короткую дробь на ковре. Она тянула паузу в расчете, что я кинусь ее заполнять, и она найдет, за что зацепиться. Но у меня хватило ума промолчать.

— Завтра днем покажут «Унесенных ветром», — не выдержала она, когда пауза затянулась.

— Я смотрела, — отрезала я.

— Весь мир смотрел, не в этом дело…

— Я никогда не была поклонницей Кларка Гейбла.

Я по-прежнему не сводила взгляда с батареи, но слышала, как мисс Амброуз подалась вперед.

— Вы не можете похоронить себя в этой квартире, Флоренс! Испытательный срок на месяц, помните? Вы должны пойти мне навстречу.

Я хотела сказать: «С какой стати мне идти кому-то там навстречу?» — но вместо этого сосредоточилась на батарее, пока не услышала звук закрывшейся двери.

— У него изо рта воняло, у Гейбла вашего! — заорала я. — Я читала об этом. В журнале!

Есть три вещи, которые вам надо знать об Элси. Первое — она моя лучшая подруга.

Люди ссорятся с лучшими друзьями и выбирают новых — то тот, то этот, смотря по настроению и компании, но моей лучшей подругой всегда была и останется Элси. В этом и состоит смысл понятия «лучший друг», не правда ли? Тот, кто тебя поддержит, что бы ни случилось.