Она была самой большой на трибуне и если все остальные этажи имели длинные окна, застеклённые многослойным бронестеклом высотой в три метра, то окно в этой ложе было пятиметровой высоты, но как и везде могло быть практически мгновенно перекрыто массивной бронешторкой. Трибуну испытывали самым серьёзным образом, взорвав пятьсот тонн тротила на расстоянии трёхсот метров от неё. Заранее опущенные бронешторки даже не крякнули и вся живность, находившаяся на трибунах, осталась жива, хотя и громко возмущалась. Безопасность всех двенадцати гостевых трибун на космодроме имени Королёва была чуть ли не порядок выше, чем на мысе Канавералл, а такое количество трибун объяснялось тем, что Сергей зарабатывал деньги на всём, на чём только мог. Уже было широко разрекламировано во всём мире, что начиная с восемьдесят первого года прах каждого желающего будет захоронен на Луне. Желающих быть кремированными после смерти и отправиться в космический полёт к месту последнего упокоения оказалось очень много.

Космических туристов тоже было немало, хотя билет и стоил очень дорого. Именно для них и будет запушен четвёртый жилой модуль, самый большой и фешенебельный, с каютами на двадцать человек и космическим рестораном. Полететь в космос мог каждый желающий, кто сможет пройти медкомиссию и пройдёт трёхмесячный курс подготовки в Звёздном городке. Заявлений уже было подано столько, что туристические туры были расписаны на семь лет вперёд, хотя цена за билет была немалой, целых двадцать миллионов рублей. Или евро, или долларов. В любом случае Советский Союз имел с этого свои шестьдесят пять процентов, как и с любого другого заработанного рубля. Ещё бы, ведь большую часть работ по международному космическому проекту выполнил Советский Союз. Против этого никто не возражал и потому когда Сергей вошел в ложу для почётных гостей, те встретили его дружескими приветствиями.

В этой ложе собралось чуть больше двухсот пятидесяти человек, но что это были за люди. Главы государств-участников проекта, главы многих других государств, видные общественные деятели, религиозные деятели и самое главное, те учёные, которые своей научной деятельностью сделали возможным сегодняшний старт сверхтяжелой ракеты «Вулкан». Сергей первым делом подошел к Леониду Ильичу и тот крепко пожал ему руку, после чего всё-таки обнял и передал в руки президента Советского Союза. Он поздоровался со всеми главами государств и стал вместе с ними ждать глядя в окно, когда начнутся самые интересные события. Первыми через несколько минут прилетели пять вертолётов «Ми-26» с телевизионщиками, а ещё через двадцать минут тяжелый вертолёт «Сикорский» с Феоктистовым на борту и его приближенными. Через пять минут он появился в ложе и деловито доложил Брежневу и Андропову, что начался часовой отсчёт. Ну, об этом все уже и так знали из объявления диктора. Когда была объявлена тридцатиминутная готовность к старту и Сергей вместе с Феоктистовым подошел к группе учёных.

Все стали занимать свои места в удобных креслах и надевать на головы наушники, чтобы не оглохнуть во время старта и слышать сообщения диктора-информатора. Сергей сел в своё кресло между Фиделем Кастро и Ясиром Арафатом, своими самыми близкими друзьями, и взял в руки большой панорамный бинокль. Такими вооружились все в этой ложе. Башни обслуживания уже отъехали и теперь ракета «Вулкан» была видна полностью, коренастая и головастая из-за массивного грузового отсека, окруженная восьмёркой длинных крылатых ускорителей «Байкал». Сергей набрал полную грудь воздуха и удивлённо покрутил головой. Ракета была всё же очень красива, но самое главное, тридцать два мощнейших двигателя её ускорителей и четыре основных двигателя должны были вывести на орбиту и доставить на огромную высоту груз просто немыслимой тяжести.