Сергей Александрович вышел из своей небольшой трёхкомнатной квартиры на лунную улицу Первого квартала, никакого другого названия этому первому дому-городу селениты ещё на придумали, и широко улыбнулся, увидев на противоположной стороне за изрядно подросшими кустиками топинамбура Хусейна и Лейлу, которые о чём-то оживлённо разговаривали. Они вроде бы решили стать селенитами, но всё ещё обсуждали, как будут жить дальше. Покрутив головой он пошел в ресторан, расположенный поблизости. Как и жители многих городов Европы селениты предпочитали завтракать, обедать и даже ужинать в ресторане поблизости. Юлия Дмитриевна ещё утром уехала на «Катерпиллере» куда-то и просила не ждать её даже к ужину, а не то что к обеду. Он неторопливо дошел до ресторана, в котором даже не была навешена дверь, прошел в зал, в котором было довольно многолюдно, сел за столик у окна, на котором стояла табличка с надписью «Не обслуживается» и глядя через окно без стекла на прохожих, приготовился терпеливо ждать официанта. Вскоре кто-то легонько кашлянул, Сергей Александрович увидел профессора Брауна и оживлённо воскликнул:

— О, Дон, присаживайся! Я как раз собрался пообедать и выглядывал в окне кого-нибудь из старых знакомых. Терпеть не могу обедать в одиночестве. Составишь мне компанию?

— С удовольствием, Серж! — Воскликнул профессор, сел за столик и процедил сквозь зубы — Безобразие, они что, не видят что ли, кто пожаловал в их заведение? Хозяин ресторана мог бы и прислать к твоему столику кого-либо, раз не может сам подойти.

Сергей Александрович с укоризной улыбнулся и сказал:

— Дон, имей совесть. Посмотри, в ресторане сидят почти одни только строители, а эти ребята всегда торопятся. Сейчас Мартин их накормит и обязательно подойдёт к нам. — Показав на табличку, он пояснил — Это наш с Юлей столик и Мартин к нему никого не подпускает, а я за это никогда его не тороплю. А вот и он сам идёт к нам, Дон. Ты что будешь заказывать?

Они сделали заказ и хозяин ресторана невысокого роста симпатичный мужчина, одетый в тёмно-синие форменные брюки с белым фартуком и голубую рубашку с коротким рукавом, в кармане которой у него лежали блокнот и карандаш, приняв заказ, тотчас побежал на кухню, хотя бегать на Луне было строго противопоказано всем новичками. Профессор Браун, посмотрев на этого прыткого малого, спросил:

— Где это он научился так ловко бегать?

Грустно улыбнувшись Сергей Александрович объяснил:

— Мартин Корда мой старый приятель, Дон. Это из-за таких парней, как он, я взялся за лунный проект. Он космонавт и уже высаживался на Луну, но на Земле он разбился в автокатастрофе и врачи едва собрали его по частям. На Земле он едва мог передвигаться, а здесь, как видишь, снова стал живчиком. Ты знаешь скольким людям Луна нужна только для того, чтобы жить нормальной жизнью, Дон? Миллионам, а теперь представь себе, сколько лет добавят к своей жизни на Луне с её малой гравитацией старики? Врачи говорят, что в среднем двадцать лет, друг мой. Мы с Ниной уже доказали это её родителям и как только они прилетят сюда, поживём с ними годик и отправимся на Землю.

Профессор Браун, слушая Сергея Александровича, даже перестал есть. Он густо покраснел и тихо сказал:

— Серж, я прошу у тебя прощения. Год назад я вёл себя, как последняя свинья. — После чего спросил его — Так ты именно для этого всё затеял, Серж? Да, ты действительно великий человек.