Сергей Александрович вспомнил хитрую физиономий своего сына, когда тот пришел к нему, чтобы объявить о том, что он запускает свой собственный проект, и промолвил:

— Да, пушка «Кения». Знаешь, Петер, а ведь это именно Егор надоумил меня запустить этот проект. Когда он рассказал мне о том, что намерен построить эту гигантскую двустволку, я сразу же понял, для чего она может пригодиться нам с тобой. Я ведь полетел на Марс только за тем, чтобы найти для него хоть какое-то обоснование, а когда увидел Игорька, то чуть не рухнул в обморок. До сих пор не могу поверить в то, что на Марсе что-то включает механизм клеточной регенерации и организм человека начинает молодеть сам собой без каких-либо процедур и таблеток. Это такая бомба для всего человечества, Петер, что я не могу этого высказать словами. Кстати, что говорят учёные? С чем это может быть в конце концов связано? Малая марсианская гравитация? Что-то, что содержится в лунной пыли?

Быстро пролетая над городом, Старый Петер сказал:

— Нет, гравитация здесь не причём, Серж. Сейчас я покажу тебе то, что скорее всего стало причиной нашего всеобщего омоложения. Но это всего лишь гипотеза, мой друг.

Конвертоплан быстро летел к склонам ещё одной горы, к вулкану Арсия. Как Павонис и Аскреус, эти горы Фарсиды были высочайшими во всей солнечной системе, но Сергей Александрович, как человек поработавший в своё время в горах, всегда относился к альпинизму с некоторой предвзятостью, глядя на этих гигантов, думал только о том, сколько квадратных километров пропадает впустую. Он без особого интереса смотрел на пологие склоны Арсии и на ум ему приходило только одно, — если кратер этого вулкана, имевший диаметр под сто километров, накрыть огромным куполом, то там могла бы разместиться огромная сельскохозяйственная ферма. Петер фон Сименс тем временем стал заходить на посадку и он увидел внизу три полосатых, словно тигры, жилых балка, стоящих неподалёку от чёрной дыры, рядом с которой горели серебром ещё несколько каких-то будочек. Не будучи уверенным так ли это, он осторожно спросил:

— Петер, это один из тех загадочных марсианских колодцев, про которые говорят, что их пробурили инопланетяне?

Старый Петер кивнул головой и сказал вполголоса:

— Да, это именно он. Серж, мы приземлимся вон на той площадке. Она находится ниже по склону и немного сбоку. Оттуда это особенно хорошо видно. Мы сюда не надолго. Даже заходить в гости к профессору Краевскому не станем, просто перебросимся парой слов и я немедленно отвезу тебя к Юле.

Как только конвертоплан мягко опустился на площадку, мощёную плавлеными каменными плитами, взметая дюзами пыль, Старый Петер не спеша расстегнул привязные ремни, поднялся на ноги и по-молодецки спрыгнул вниз, благо было не высоко. Сергей Александрович последовал за ним, но спрыгивать не стал, а спустился по лесенке. Довольно долгое пребывание в невесомости всё же давало о себе знать. Петер подождал его и они пошли по нахоженной тропинке в сторону колодца. Уже через сотню метров, когда они спустились в небольшую ложбинку и верхний край колодца диаметром в полторы сотни метров стал виден на фоне неба, Сергей Александрович от удивления вытаращил глаза. Из колодца медленно поднимался какой-то розоватый, слегка флюоресцирующий газ. Это было очень красивое зрелище, чем то похожее на фонтан. Невысокий, но мощный. Газ плавно поднимался на высоту метров в сорок пять и медленно стекал вниз по склонам огромного вулкана как раз в направлении строящегося Младограда. Сергей Александрович остановился и громким, взволнованным голосом спросил друга:

— Петер, что это за газ? Он вытекает из всех колодцев Арсии? Насколько я знаю их здесь несколько.

— Успокойся, Серж, это совершенно безвредный для человека газ. Его, кстати, вполне хватает и вокруг Олимпа, во впадине Фарсиды, но и на куполе его тоже хватает.