Изменить размер шрифта - +

      — Тут столько дел, — произнёс он. — Я чувствую себя коммунистом тридцатых годов, которого послали в Узбекистан делать из отсталого колониального региона индустриально-аграрную республику. Только тут всё обстоит намного хуже: нет денежной системы, образования, медицины, производств. Тут ничего нет, кроме диких людей уровня бронзового века.

      — У нас есть ресурсы, производственные комплексы и немногочисленные образованные люди. Ещё мы можем установить нейросеть Колонист с созвучной базой знаний пяти тысячам человек. Этого должно хватить, чтобы обеспечить государство чиновничьим аппаратом и учителями. Есть несколько медиков, которых можно привлечь к обучению молодёжи. Полагаю, пяти человек будет достаточно, чтобы организовать университет, а если ваша супруга поможет, будет вообще замечательно. У неё же большой медицинский опыт.

      — Она медсестрой работала, — заметил Владимир.

      — Вот и хорошо. Для аборигенов уровень нашей медсестры — это намного круче того, что можно найти на всей планете. Плюс учебники из нашего мира, плюс знания Содружества — в итоге бывшая медсестра лет за семь-десять может подготовить профессиональных врачей.

      — А что с деньгами делать? — спросил Владимир. — Печатать бумажные? Аборигены могут не принять такую концепцию. Полагаю, нужны монеты, которые будет сложно подделать.

      — Будем делать монеты из латуни, мельхиора, медно-никелевого сплава и алюминия. Алюминий точно никто не сумеет подделать, да и напечатанные на молекулярном принтере монеты тоже вряд ли кто-то сможет подделать в ближайшие десятилетия. Сделаем номинал от одной копейки до десяти рублей. С ростом инфляции будем добавлять монеты большего номинала. Рубли будем делать из алюминия.

 

      Ещё оставалось несколько дней до прибытия следующей партии ветеранов, так что я отправился на крейсер. Корабль достоин отдельного описания. То, что его размеры невероятные — это понятно. Но лишь шестая часть занята под жилую зону.

 

      Двадцать пять жилых уровней триста на триста метров, плюс технические этажи. Для передвижения по кораблю используются скоростные лифты, транспортные тележки и небольшие открытые кары с сиденьями. Оттого коридоры широкие, чтобы в них могли разъехаться несколько каров, плюс могли ходить пешеходы. Лифты тоже большие и их много. Все каюты просторные, целых сто квадратных метров на одного рядового служащего. Конечно, в экстренном случае туда можно поместить до восьми человек, но это намного лучшие условия, чем на фрегате.

 

      На одном жилом уровне расположено четыреста шестнадцать таких кают, всего таких этажей двенадцать. То есть предполагается, что количество перевозимых на крейсере военных составит от пяти до сорока тысяч. Ещё два уровня занимают каюты младших и старших офицеров. Для первых предоставлено двести пятьдесят шесть кают по сто пятьдесят квадратных метров (на одном уровне, а на двух их ровно в два раза больше) и для вторых шестнадцать кают по триста пятьдесят квадратных метров. Последний пятнадцатый жилой уровень занимают каюты для экипажа космического корабля. Планировка идентичная офицерским этажам за тем исключением, что тут имеются капитанские апартаменты, которые занимают тысячу четыреста квадратных метров. Там есть всё, включая личный бассейн, кабинет, гостиную, столовую и другие помещения. А для старших офицеров предлагается всего двенадцать кают.

 

      Абсолютно в каждой каюте имеется простая и дешёвая капсула виртуальной реальности, чтобы экипаж мог отдохнуть от реальности и поиграть в виртуальные игры, плюс санузел и всё необходимое для проживания.

Быстрый переход