— Это только внешне, — надулась она, поняв, что мне всё же не понравилось. — Я подошла к делу улучшения себя с полной отдачей. В итоге вывела тело на максимум физических возможностей человеческого организма. Улучшила иммунную систему, замедлила старение.

      — М-м-м… Солнце, хоть у меня мозги работают в десять раз шустрее прежнего, но вспомни, что я технарь. Максимум физических возможностей — это как?

      Тут я почувствовал, что становится легче, голова меньше кружится, так что стал выбираться из капсулы. Ольга помогла мне вылезти и одеться в любимый защитный комбинезон. Мы пошли в сторону капитанской каюты, а по пути девушка стала меня просвещать:

      — Саша, представь обычного человека. Не важно, тут или в Содружестве. Фактически ДНК не особо различается. Но в генах каждого человека заложен потенциал, к которому должна привести эволюция. Точнее, это даже не потенциал ДНК, а потенциал физической оболочки человека, его тела.

      — Вот тут я тебя могу прекрасно понять. Если брать в расчёт мышечные волокна, аэродинамику и прочие параметры физических показателей тела человека, то можно рассчитать конечные показатели, которые без нанороботов не превзойти. Но это лишь в теории. На практике же есть пси-способности, различные техники эсперов.

      — Мы не будем брать в расчёт пси, нанороботы и прочее, сейчас речь идёт о ДНК, — продолжила Ольга. — Итак, если пошаманить с помощью генной инженерии, можно вывести человеческий организм на его максимум. То же самое делают импланты, которые стоят очень дорого. Если взять среднего обывателя, то он использует примерно половину от максимума. Спортсмен использует примерно шестьдесят-семьдесят процентов. Если привести простой пример, то я улучшила свои физические показатели настолько, как если бы установила импланты четвёртого класса на улучшение реакции, регенерации, силы и укрепление организма, плюс к этому, достигнут эффект, как если бы поставила имплант на продление жизни.

      — Погоди. Это тот, который стоит десять миллионов и позволяет прожить тысячу лет?

      — Он самый, — одарила меня улыбкой Ольга. — Представь себе, мой хороший, что всего этого, оказывается, можно добиться с помощью генной инженерии!

      — Круто. Но почему тогда в Содружестве этого не делают?

      — Отчего же? — ухмыльнулась девушка. — Делают. Только стоят подобные операции безумно дорого. Корпорации по производству имплантов и нейросетей держат монополию и делают нереальные деньги, поэтому старательно задвигают развитие бизнеса по генному улучшению человечества. Им невыгодно, чтобы любой учёный-генетик мог проводить подобные улучшения. Ведь все эти признаки достанутся по наследству детям, в итоге получится чуть ли не новая раса наподобие аграфов. Им нужны будут совсем другие импланты, всякий ширпотреб уже не продашь, тем более, втридорога.