|
Мик должен держаться от нее на расстоянии, как хотел бы держаться на расстоянии от Эми. Кто обжегся на молоке, дует на воду. Но сейчас он почти перестал владеть собой. Он хотел Кэнди. Ему нравились ее откровенные заигрывания, и он хотел большего; ему нравился ее детский восторг перед всем, что касалось ранчо и лошадей; ему нравилось видеть это наполовину удивленное, наполовину восхищенное выражение, возникающее на ее лице, когда она сталкивалась с чем-то неизведанным.
Мик разыскал дешевую закусочную и подождал пару секунд, пока освободится место для парковки.
— Хочешь есть внутри или прямо здесь? — спросил он, заглушив двигатель.
Кэнди осмотрела маленькое кафе, наполненное толпой студентов и несколькими бизнесменами.
— Здесь, там слишком людно.
— Я возьму еду и вернусь. Никуда не уходи.
— Куда мне идти? Я умираю с голоду, и ты думаешь, что я еще куда-то пойду? Да это место — сущий рай. Что же мне...
Мик приложил ей палец к губам.
— Замолчи. Я скоро вернусь.
Кэнди смотрела, как Мик прокладывает себе путь сквозь толпу. Она неосознанно провела языком по верхней губе. Мик мог бы найти более действенный способ заставить ее замолчать, мечтательно подумала Кэнди. Он мог бы поцеловать ее снова.
О, это было бы великолепно. Кэнди нужно прилагать больше усилий, чтобы сохранять дистанцию и бороться с влечением, которое она чувствует к нему. Очень скоро она вернется домой, и Вайоминг останется для нее всего лишь воспоминанием. Но если она не хочет уехать отсюда с разбитым сердцем, ей нужно, чтобы все осталось только в воспоминаниях!
Но Кэнди не могла отвести глаз от Мика, когда он шел через автостоянку, неся в руках их обед. Рядом с ним любой другой мужчина казался бледной тенью. Мик всегда был начеку. Даже проходя через стоянку, он внимательно смотрел по сторонам. У Кэнди потеплело на душе. Даже если это всего лишь работа, никто другой не принимал ее благополучие так близко к сердцу. Отец почти ее не замечал, если не считать тех случаев, когда ужин не был готов вовремя. Роберт вообще не беспокоился о ее благополучии. Только Мик.
Кэнди любит его. Это глупо... бессмысленно. Но ругать себя за то, что оказалась такой влюбчивой идиоткой, бесполезно. Она его любит.
— Ты не говорила, какие именно бутерброды хочешь, но остальную часть твоего заказа я выполнил в точности, — сказал Мик, открывая дверь со своей стороны.
— Да, спасибо. — Кэнди взяла бутерброд. Ее аппетит пропал — вместо этого она хотела любоваться Миком. Но она послушно откусила кусочек. Божественно! Внезапно волчий голод вернулся. — Очень вкусно, — похвалила она с набитым ртом.
Слегка улыбнувшись, Мик кивнул и тоже принялся за еду.
Кэнди откинулась на спинку сиденья и отдала должное обеду. Они ели молча, и девушка наслаждалась каждым кусочком. Макая в кетчуп ломтики жареной картошки, она откусывала понемножку, растягивая удовольствие. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как она в последний раз ела так вкусно.
Они с Миком брали картошку и луковые кольца из одного пакета. Однажды их пальцы случайно соприкоснулись. Кэнди заметила это, и когда Мик в следующий раз потянулся за картофелем, ее рука была тут как тут. На секунду их пальцы дрогнули, замерли.
Мик взглянул ей в глаза. Волна жара окатила Кэнди с головы до ног. Остаток бутерброда был забыт. Сейчас она уже не чувствовала голода. По крайней мере, голода к еде. Кэнди выпустила из рук бутерброд, и он упал на салфетку. Она не сводила глаз с Мика, ее рот приоткрылся, сердце чуть не выскакивало из груди.
Мик склонился к ней, прикоснувшись ладонью к ее щеке. Большой палец погладил уголок ее рта.
— У тебя здесь горчица, — сказал Мик так тихо, что Кэнди едва расслышала слова.
Проведя языком по краю рта, она попыталась слизнуть каплю.
Мик со стоном привлек девушку к себе. |