— Слушай, Гого, я послал за тобой машину. Она будет возле твоего дома через пять минут, приезжай сейчас же.

— Нет, не могу, сегодня не могу. А что случилось?

— Ничего не случилось, но здесь очень весело. Приезжай немедленно…

— Видишь ли, у меня много работы, это во-первых, а во-вторых, я уже разделся и сижу в халате.

— Так оденься.

— Нет-нет, завтра утром у меня встреча со старым Ирвингом, а с вами там затянется, как всегда.

— Я обещаю тебе, что в час все поедем по домам, никуда больше заходить не будем. Подожди, тут Збышек вырывает у меня трубку.

— Гого, если тотчас не приедешь, — в трубке послышалось бормотание Хохли, — то будешь свиньей.

Хохля был уже пьян. Должно быть, кто-то открыл дверь телефонной кабины, потому что в трубке послышались голоса и звуки музыки. Гого посмотрел на часы. Было десять минут одиннадцатого.

— Збышек, я правда не могу, — сказал он, но уже менее уверенно.

— Эх, ты, подкаблучник!

— У меня работа.

— Послушай, здесь Адам, Тукалло, Ясь, Монек, Дрозд, ну все. Если не приедешь, то увидишь, что я продам портрет пани Кейт тому паршивцу, а ты получишь фигу. Собственно, что это я еще упрашиваю тебя! Ты мне одолжение делаешь, что ли?

Трубку снова взял Али-Баба.

— Не будь козлом и приезжай.

— Да пойми же ты, я обещал жене, — понизил голос Гого.

— Так соври что-нибудь. Скажи, что я с сестрой в «Европе», или что другое.

— Я еще подумаю и если смогу…

— Ну, хорошо. Во всяком случае, если не поедешь, то вышли слугу вниз, чтобы отправить машину обратно к «Под лютней».

— Договорились.

— Тогда привет, ждем тебя.

Гого положил трубку и встал.

«Послать слугу, — подумал он с грустью. — Я даже домработницу послать не могу, потому что уже, наверное, спит. Ему кажется, что у меня есть слуга».

И здесь он вспомнил, что недавно сам сказал Залуцкому, как бы невзначай, в разговоре, что ему что-то устроил слуга. Именно поэтому он медлил с приглашением Залуцкого на обед. Все в этой квартире выглядело таким дешевым, так не по-барски.

Выдвинув ящик стола, по привычке проверил содержимое кошелька, хотя знал, что там нет ни гроша. Рядом лежала горка мелких монеток, пересчитал, их было немногим более пяти злотых.

«Выйду и дам шоферу три», — подумал он и начал быстро одеваться. Постучав в спальню Кейт, он не услышал ответа. Она была в ванной комнате.

— Кейт, — позвал он, — я должен на минуту спуститься вниз. Али-Баба прислал за мной машину.

— Но ты же дал мне слово, что останешься дома.

— Ну, да, — он нетерпеливо щелкнул пальцами. — Я только отправлю шофера… Хотя там какой-то важный вопрос в связи с еженедельником.

— Гого… — начала она, но он прервал ее:

— Я же говорю тебе, что не поеду. Только вот у меня нет мелких монет дать чаевые шоферу, у тебя ничего не осталось?

— Нет, возможно, лишь несколько грошей. Они лежат в ящике стола, только не бери те двадцать семь злотых, которые оставлены на оплату телефона.

— Хорошо.

— И не едь, Гого.

— Нет-нет, разве что на минут десять загляну туда.

— Гого! — позвала Кейт, но он притворился, что уже не слышит.

В ящике Кейт на счете за телефон лежало несколько монет. После секундного колебания он взял десять злотых.