Изменить размер шрифта - +
Катя смотрела на него, продолжая светить Кириллу.

– Ты куда?

Он молча поднял ведро и, постояв немного, медленно двинулся к заваленному выходу из пещеры.

– Игорь! – крикнула Катя.

Он повернул к ней лицо, напугавшее ее своим спокойствием.

– Что тебе надо?

– Я спрашиваю: куда ты идешь?

– Не можешь сообразить?.. За водой полезу.

– Но Кирилл принес недавно. Во флягах еще есть…

Игорь не ответил. Пригнувшись, полез к завалу. Катя вскинула взгляд на Кирилла – тот продолжал тюкать ледорубом, будто ничего не слышал, – а потом рванулась к Игорю, вцепилась в него, потащила назад…

В полной темноте они, задыхаясь, боролись. Игорь молча отрывал от себя ее руки, но она оказалась сильнее. Отчаяние – вот что придало ей силы.

– Ты… дрянь… – услышала она его сдавленный голос. – Все… все против меня… В последний раз на белый свет взглянуть – и то не даете…

Он изловчился, ударом в грудь оттолкнул Катю. Она вскрикнула…

И тут Кирилл заорал:

– Свет!

Катя поднялась, шагнула к туннелю. Не то всхлипнула, не то прерывисто вздохнула, увидев впереди слабый-слабый свет…

– Вытаскивайте обломки! – скомандовал Кирилл.

Что-то обрушилось под ударами ледоруба, и в пещеру проник луч дня. Живой, солнечный, насквозь пропыленный…

А еще через полчаса, вытащив обломки из туннеля – всего-то он был длиной в три метра, – они гуськом пошли вперед. Ход круто свернул влево, и яркий свет ударил в глаза. «Они остановились, зажмурились, ошеломленные острой болью в глазах. Потом, привыкнув, двинулись дальше. Еще несколько шагов – и они оказались снаружи, на широкой треугольной площадке.

Катя глубоко вздохнула и запрокинула голову, подставляя солнцу улыбающееся лицо.

– Какой же вы молодец, Кирилл! – вырвалось у нее.

Кирилл быстро прошел к краю отвесного обрыва. Да, он не ошибся: их пещера была частью открытой щели, – теперь, когда они пробили пропласток сланца, это стало очевидно. Открытая щель тянулась дальше метров на тридцать, огибая крутой контрфорс горы, и выходила не в то узкое ущелье, над которым завис оползень, а в широкую горную котловину.

Но дороги вниз отсюда не было.

– Как же мы спустимся? – спросил Игорь. – Наших веревок не хватит.

– Не хватит, – подтвердил Кирилл. – Но, может, удастся пройти поверху.

Все задрали головы вверх. Круто, круто… Но все же есть куда поставить ногу, вон трещины, в которые можно забить крюки.

Кирилл, продолжая смотреть вверх, сделал шаг назад, что-то звякнуло у него под ногой. Из-под слоя щебня торчало толстое звено цепи. Кирилл смотрел на него, вытаращив глаза. Потом присел на корточки, потер камнем цепь – под зеленовато-коричневой пленкой окислов тускло заблестел желтый металл.

– Бронза! – воскликнул он и принялся разгребать щебень.

Цепь была укреплена за скобу, замурованную в камень. От скобы отходили еще три такие же цепи, одна – оборванная посредине, две – с обломками каких-то широких браслетов на концах.

Кирилл поскоблил ножом заделку скобы. Под серым налетом сверкнула серебристая полоска.

– Похоже на свинец, – пробормотал он. – Но какие здоровенные цепи! Посмотрите-ка, ребята. – Он примерил обломок браслета к своему запястью. – Это рассчитано на гиганта… Черт, неужели легенда о Прометее имеет такое… такое конкретное основание?.. Неужели действительно в горах Кавказа приковывали людей на растерзание птицам?

– Ну, понесся, – насмешливо сказал Игорь.

Быстрый переход