Узнав о таком событии, как штурм перевалочной крепости, я мгновенно успокоился. Все страхи перед предполагаемым гениальным стратегом-попаданцем, Бессмертным, узнавшим мою тайну, мозгокрутом, способным подменять реальность правдоподобными картинками — все улетучилось, будто утренний туман под ярким солнцем.

Появилась ясность — враг атакует мои позиции. Может, у него там тоже в запасах хитрые планы, маги и демоны. Но это потом, а сейчас — все просто. Ожидаемо. Понятно. И на душе от этого очень хорошо!

В ставке особого кипиша тоже не наблюдалось. Соратники, уже собравшиеся в штабном шатре, поприветствовали меня и тут же начали докладывать о том, что удалось узнать к этой минуте. Или к часу — сведения-то небыстро поступали.

Восемь километров реки — расстояние очень серьезное. Пересечь его техникой «небесный взор» я не мог. Никто из моих капитанов не имел способностей к мысленной связи даже на половину такой дальности. Поэтому для передачи информации мы использовали семафорную систему, прекрасно здесь известную.

Правда, местные все больше кострами пользовались, зажигаемыми на высоких сопках или горах. И передавать могли только информацию о начавшемся вторжении. Горит костер, значит, тревога, бойтесь. И ничего больше. Я же пошел чуть дальше, да и расстояние мне надо было покрыть вовсе не в десять тысяч ли.

Никаких технических прорывов — не тот я попаданец, который собирает на коленке огнестрел в каменном веке. Все в рамках небольших своих знаний и местных реалий. Расставил на реке джонки цепочкой. Проапгрейдил систему команд флагами, которой пользовались моряки, до простенького языка вроде «морзянки». Научил пару сотен человек ею пользоваться. Все.

Теперь с того берега к нашему по цепочке передавались сведения. Сперва — враг атаковал крепость. Тут за мной послали. Пока я ехал, пришло еще немного информации. И по традиции ее озвучивал Мытарь.

— Оценить силы противника пока не удалось, — скучным голосом чиновника начал он. — На открытой местности видны лишь небольшие отряды стрелков, которые беспокоят стрельбой гарнизон крепости. Но среди деревьев удалось разглядеть несколько тысяч готовых к штурму воинов с лестницами и фашинами. Имеются у врага и стрелометы. Дальше начинается густая растительность, и понять, насколько много там собралось войск, невозможно.

Будь я на том берегу, это бы не стало проблемой. И ставка могла переправиться раньше, я это тоже предлагал. Сидел бы сейчас в крепости на том берегу и летал астральным телом, вскрывая все тайны противника. Но мое предложение перебросить штаб побыстрее военный совет большинством заблокировал, посчитав переправу вип-персон преждевременной. Ну а я не настоял, решил, что не так это и важно.

— Ясно, — качнул я головой, глядя на карту, расстеленную на столе. — Ну, подождем. Господин У Ваньнан, какова численность наших войск на том берегу?

Примерная цифра мне была известна, но она ведь постоянно менялась. Вчера до глубокой ночи паромная переправа работала, сегодня с рассвета продолжила.

— К штатной численности гарнизона, составляющей шесть тысяч человек, и переправленным по состоянию на вчерашний вечер шестнадцати тысячам сегодня с утра мы добавили еще четыреста человек.

— А что так мало? — удивился я, имея в виду утренний десант. — Я думал, паромы уже три ходки совершить успели, а у них что, только один рейс?

— Три, Стратег, — ответил мне уже не Мытарь, а главный интендант армии Юань Мао, которого я по привычке именовал Прапором. — Но лишь в первом рейсе паромов перемещались люди, два других были заполнены провизией. Количество людей на северном берегу растет, как и их потребность в еде. Вчера вечером вы подтвердили мне, что я могу использовать три утренних рейса для перевозки провизии.