Возвращаясь к военному совету — план перед соратниками я раскинул. Они его не то чтобы не приняли, но не вдохновились. Но особых доводов против привести не смогли, а потому традиционно решили положиться на гений Стратега. Мой то есть.

И на подходе к вражескому городу началась большая стройка. Прямо на глазах у врага, но за пределами досягаемости любого вида оружия. Развернув осадный лагерь, солдаты принялись валить лес, собирая из него лестницы, осадные башни, подвижные стены для стрелков и тараны.

Инчуань был не слишком крупным городом. Лоян, говорят, имел стены высотой в двенадцать метров и толщиной около пяти, а в основании все восемь. Здешние же не превышали четырех в высоту, да и толщиной, если судить после моего облета, вряд ли были больше двух.

Только в районе ворот и еще возле некоторых башен они были сложены из камня целиком, в основном же материалом стен был лёсс — осадочная известково-глинистая порода, которой, благодаря горам и холмам, здесь было в изобилии. Ее засыпали между двумя каменными стенами и трамбовали. Дешево и сердито, как все у китайцев.

Ломать такие стены было тем еще удовольствием. Сперва пробиваешь тараном или осадными машинами первый слой, достигаешь второго, в котором вязнут все снаряды, после чего, если повезет, рушишь третий. Или, если боги за тобой пристально присматривают и подсуживают на каждом шагу, сразу сносишь все три. В смысле, нарушаешь целостность облицовки, а масса делает все остальное. Но это надо было прям удачно попасть, чтобы зацепить то место, где вода уже проточила дорожки внутри суглинка и разрушила плотную связку.

А вот взрывать их было куда веселее. Этим мы с товарищами и собирались заняться первой же ночью.

— Уверен, что тебе стоит идти? — спросил Пират, выпивая третий уже стакан чая. Духота стояла жуткая, и его мучала жажда. — Мы с братом Юем сами можем справиться.

Бык, сидящий рядом, тут же кивнул. Справимся, мол. Чего мы, никогда с порохом не работали?

— Я знаю, что вы справитесь, но мне нужно увидеть самому, как работает огненный порошок, — ответил я, не желая обижать их недоверием. — Чтобы понимать, где и каким образом применять его в дальнейшем.

Мы планировали вылазку под вражеские стены. Пройти по самому край оборонительных укреплений, возведенных у города, закрепить заряды на стене, запалить фитили и сбежать. Так как задача была нетривиальная, шли на задание только сильные одаренные — обычные бойцы бы просто не смогли справиться.

— Ты Стратег, твое дело разрабатывать планы и отдавать приказы, наше же — выполнять их, — не умолкал Гань Нин. — Это опасно, мы не можем потерять тебя из-за какой-нибудь глупой стрелы…

Толстый намек на гибель «первого» Вэнь Тая. После признания в том, что я перерожденный, Пират не упускал случая подчеркнуть, что он всегда об этом знал. Врал, как дышал, конечно же…

— А еще я Великий Мастер, — устав спорить, привел я самый железобетонный аргумент. — И ваш полководец, так что хватит уже кудахтать надо мной!

— Внимание и повиновение, — тусклыми голосами протянули побратимы ритуальную фразу.

Конечно, какими бы смелыми и умелыми мы с ними ни были, пробраться через лагерь войска, ждущего нападения, — задача непростая и для сильных одаренных. Стоит только подняться шумихе, как нас сомнут числом — никакие техники не помогут. А значит, шум должен возникнуть на другом участке, подальше от нас. И это сделает моя супруга вместе с Бешеной Цань и Амазонкой.

Девичий отряд выйдет к центру спящего лагеря и начнет обстрел. Точнее, стрелять будут только Юэ и Вайцзинь, а разбойница с ними для силового прикрытия. Учитывая дальность полета стрел у высокоуровневых стрелков, а также их техники, шороху они должны навести знатного.