Фледа пришла в недоумение; при ее свободном воображении она могла прийти в недоумение, даже когда ее щека горела от полученной оплеухи.

— В мэрию?

— Что было бы здравым, разумным поступком, который и следовало немедленно предпринять. Будь у вас обоих хоть капля сообразительности, вы мгновенно бы это смекнули. Уж я нашла бы способ, будь я таким молодцом, каким якобы является Оуэн. Я сначала покончила бы с главным делом; а там все пошло бы в свой черед! Господи Боже, Фледа, да вы должны были бы сейчас прийти ко мне замужней женщиной, состоящей в честном браке. С вами кто угодно голову сломит, и не обессудьте, если я скажу, что мне невыносимо — в полном смысле этого слова — видеть вас у себя мисс Фледой Ветч. А будь оно иначе, нам, по крайней мере, всегда было бы о чем говорить, и Оуэн, будь у него хоть крупица юмора, мог бы спокойно чихать на все ваши выкрутасы.

Эта эмоциональная речь подействовала на нашу юную леди, словно взмахи тамбурина, мелькавшего перед ней в цыганском танце; казалось, что кружится голова и внезапно обмякли ноги. Ее состояние, однако, выразилось лишь в безучастности, с какой, она услышала, произнес ее голос:

— Теперь я пойду в мэрию.

— Теперь! — Великолепен был тембр, с которым миссис Герет произнесла эти два слова. — Да с кем, помилуйте, вы туда пойдете? — Фледа улыбнулась бесцветной улыбкой, и ее покровительница продолжала: — Вы в самом деле считаете, что он для вас недосягаем? — Убитый вид Фледы явно вызывал у нее раздражение; она сделала короткий повелительный жест: — Найдите мне его, вы, тетеря, — найдите его мне!

— Зачем он вам? — горестно спросила Фледа. — Что вы хотите от него при том, что вы о нас обоих думаете?

— Мало ли что я думаю и мало ли что плету, когда я в ярости! — И с еще большей категоричностью добавила: — Конечно же, я с вами, бедные вы мои, иначе не страдала бы так. Что я хочу от него? Видеть, что он ведет вас в мэрию. Что я хочу? Пойти туда с вами сама. — Она обвела глазами комнату, словно в лихорадочной спешке искала накидку для выезда; она ринулась к окну — высмотреть кеб. С шляпкой на голове, она подхватила с дивана какую-то уличную хламиду и, возвращаясь, набросила на себя. — Найдите его, найдите его, — повторяла она. — Поедемте сейчас со мной. Попытайтесь, по крайней мере, связаться с ним!

— Как я могу связаться с ним? Он придет, как только будет готов.

Миссис Герет резко повернулась к ней:

— К чему готов? Готов лицезреть мой полный крах, бессмысленный и бесповоротный?

Фледа молчала; хуже всего было то, что между ними все время оставалось что-то недоговоренное. Ни та ни другая не решалась поднять тут голос, и это сказалось на тоне Фледы, когда она наконец мягко произнесла:

— Не будьте жестоки ко мне — мне так тяжко!

Эти слова произвели заметное впечатление на миссис Герет, которая, отвернувшись от Фледы и вперив взгляд в окно, мысленно сопровождала длинный караван своих сокровищ. Фледа знала: сейчас она следит за тем, как этот караван сворачивает в аллею, ведущую в Пойнтон. Фледа полностью разделяла ее чувства, представляя себе ту же картину, а потому, немного спустя, добавила то, что казалось ей самым утешительным:

— Я не понимаю, почему все-таки вы уверены, что он, по вашему выражению, «потерян»?

Миссис Герет продолжала смотреть в окно, и ее спокойствие показывало, что она уже сумела более или менее овладеть собой.

— Почему же вам тяжко, если он для вас не потерян?

— Тяжко, потому что я раздражаю вас и вы не понимаете меня.