Головин остался на месте, гадая, чего теперь ждать. Гадал он недолго, дверь открылась и появился охранник – знакомый или другой. В одинаковой серой униформе и с какими-то стандартными лицами, они казались произведенной на фабрике однотипной продукцией.

– Мистер Головин, мы должны сопроводить вас в другое помещение, – сказал он своим бесцветным голосом.

Марк поднялся и подойдя к охраннику, спросил:

– Скажите, а у вас найдется тут чего нибудь перекусить? А то я не рассчитывал, что задержаться в гостях придется так надолго.

– Идемте, мистер Головин, я доложу об этом старшему.

И они снова пошли по однообразным офисным коридорам, пока не оказались на какой-то пожарной лестнице. По ней спустились на два пролета и очутились на очередной лифтовой площадке.

Один из сопровождавших пленника охранников остался, а вместе с другим, Головин спустился в лифте еще на пару этажей.

Там где они вышли, Головин почувствовал резкий запах озона, так что стало щекотать в носу.

Стены здесь не имели отделки, пучки проводов, световодов и разнокалиберных труб, висели на временных креплениях, а пол был залит пластобетоном, который, видимо, еще не до конца застыл и в некоторых местах слегка приставал к подошвам.

Освещение было достаточным, однако оно осуществлялось временными гирляндами, прикрепленными прямо к вбитым в потолок клипсам.

Местами, на не отделанных стенах и потолке были видны следы проходческих резцов. Ясно было, что этот комплекс продолжал расширяться и у тех, кто захватил Головина на этот раз, в этом городе были большие планы.

Наконец, Марк попал в свой «гостевой номер». Это оказалась комната около двадцати метров, в которой уже была отделка и приличное напольное покрытие светло-серого цвета с теплым ворсом.

Имелся санитарный блок с туалетом и душевой кабиной, а также небольшой холодильный шкаф с некоторым набором блюд и напитков среднего ценового уровня.

Сделав первый обзор своего временного, как хотелось бы ему думать, убежища, Головин разделся и принял душ, в котором, как бонус нашлась опция пароионизационной обработки тела.

Головин заметил, что и вода здесь с какими-то особенными наполнителями, которые не давали никаких вкусовых ощущений, но плотность жидкости была раза в полтора выше, чем у обычной воды.

После душа, он побрился отличной лазерной бритвой, освежился одноразовым компрессом и вышел в комнату в махровой накидке, на которой в углу имелась инструкция о правильном применении этой вещи, правда написана она была на незнакомом Головину языке.

«Время существования – полчаса», – догадался он. Прочитать надпись Марк не смог, но смысл до него дошел.

Хорошо бы иметь смену белья, но где же ее тут найдешь? Можно было, конечно, попробовать спросить у охранников, но на этой уйдет время.

Немного подумав, Головин взял свое белье, модную рубашку и вернулся в душ, где развесил вещи на струбцинах внутри кабины и включил пароионизационный режим.

Спустя полчаса, когда банная накидка на нем стала распадаться, превращаясь в желтоватый дымок, Марк сходил в душевую и забрал свои чистые вещи.

Они были слегка влажными, но Головин надел все как было – этот метод он практиковал еще в общежитии навигаторской школы. Это позволяло экономить энерготрафик расходуемый на электросушилку.

Чтобы все просохло быстрее, Головин стал расхаживать по комнате, пытаясь анализировать ситуацию в которой оказался. Еще через полчаса одежда на нем высохла, но ни к какому окончательному выводу по результатам анализа он так и не пришел.

В этот момент сработал замок в двери и появился охранник, тот который сопровождал Головина до этой комнаты. Теперь Марк научился их различать, поскольку их лица были, все же немного разными.

– Вот, мистер Головин, я принес вам свежее белье, – сообщил охранник протягивая пакет из прозрачного геопластика.