— Барон Ильмор! — герцог поприветствовал меня у стола. — Рад с вами познакомиться! Что ж, проходите, не стойте у порога.

— Также рад встрече, — довольно холодно сказал я.

Вообще-то я, по совету Габриэля и Ханны, которые худо-бедно понимали в таких вещах, вез с собой для герцога специальные дары «за знакомство»: оленья туша, завернутая в холстину, была приторочена к крупу Ночки; плюс у меня с собой были кое-какие специи, в том числе выращенные Мириэль (у нее в теплице все росло невообразимо быстро, очень разнообразя наш стол; Рагна, кажется, тихо завидовала, но оттаяла, когда Мириэль предложила ей ускорить рост каких-то очень капризных цветов, которые Рагна особенно любила). Ну и для герцогской жены я вез ожерелье из аметистов, которые сам набрал во время поездок с Ночкой — нашел местечко, где они просто так валялись среди камней! Потом отдал ювелиру в Эйхенау, чтобы сделал украшения из серебра. Думал подарить Рагне и Мириэль похожие, но не одинаковые цацки, однако потом решил, что для них наберу еще. Все-таки произвести правильное впечатление очень важно.

И да, я все-таки приготовил подарки даже после того, как герцог прислал к нам вооруженный отряд! Во-первых, официально мы с этим отрядом так и не пообщались; во-вторых, даров требовал местный дипломатический этикет! Я и так отделался абсолютным минимумом.

Но после такого подчеркнуто на самой грани вежливости приема я сомневался, стоит ли все-таки их вручать. Мне, кажется, явно показывали, что мне не рады. Понять бы еще, почему? Неужели не боятся поссориться с человеком, у которого такие жены, как у меня? Может, их кто подзуживает? При королевском дворе какой-то недоброжелатель завелся?.. Тот же канцлер, например — мы с ним еще во время дележки добычи не поладили.

— Вы проделали долгий путь из Ильмора, — начал герцог, явно раздумывая, знаю ли я уже о его отряде, который он отправил ко мне несколько дней назад. — Не нужно ли вам отдохнуть?

— Да какой там долгий, — с улыбкой махнул рукой я. — Ведь одна из моих баронесс — драконица. Так что мы прилетели на драконе. Еще с утра были дома.

У баронов и у герцога вытянулись лица, однако сам Фойт ответил как ни в чем не бывало.

— Да, мы слышали об этом, но, признаться… А насколько велика… э-э-э… ваша супруга?

— В вашем замке не поместится, так что она прилетит позже, чтобы забрать нас, — беззастенчиво соврал я. На самом деле Леу лежала у меня в капюшоне. Судя по ее шевелению и по тому, как она царапала мне шею, проснулась, но голоса подавать не хотела, ждала, как обернется ситуация. Точно как и Ханна.

— То есть на ночь вы не останетесь? — уточнил герцог.

— Не знаю, если нам не хватит времени, чтобы все обсудить, могу и задержаться, — намеренно дружелюбно проговорил я. — А хотел я поговорить с вами о плотине, которую мы с супругами построили на моих землях…

— Да! Эта богомерзкая плотина, которая крадет воду Илы у моих подданных! — вскричал один из баронов, сгрудившихся вокруг Фойта.

— Вы, надо думать, барон Клеан? — с улыбкой спросил я. — Уж простите, мы не представлены.

Фойт и не подумал представить мне остальных баронов, я тоже не напрашивался.

— Да, я Райс Клеан, — холодно сказал этот тип. На фоне остальных баронов он отличался более быковатой внешностью и манерами — тоже, может быть, и чиновник, но когда-то в молодости служил. Плюс единственный из всех был одет в тяжелый плащ с меховым воротником, очень красивый и явно дорогой.

— Заверяю вас, что моя плотина не изменила уровень Илы! — так же ровно и доброжелательно произнес я.