— Интересно, интересно, барон! — воскликнул герцог. — И что же, у вас есть соответствующий чертеж от хорошего инженера?

— Чертеж я составлял сам, и по всей видимости неплохо, потому что все получилось, — усмехнулся я. — Впрочем, я взял с собой план последующих работ по строительству шлюзов и буду рад ознакомить вас…

— Да не может этого быть! — вскричал тот же самый Райс Клеан. — В начале весны река совершенно пересыхала!

— Как вы это поняли, когда река в низине еще была подо льдом? — с любопытством спросил я.

— Так лед ведь взломался!.. — тут Клеан осекся.

— Ну и? — весело спросил я. — Река подо льдом все равно никак не используется. Лед взломался, до оставшейся воды стало легче добраться…

— Не ваше дело решать, как вести дела в других баронствах!

Бароны зашушукались. Насколько я помнил карту, река Ила текла только по Ильмору, Клеану и, собственному, самому герцогству Фойт. То есть остальные были не у дел. Для чего же они бросили дела и отправились к герцогу — и как раз тогда, когда герцог отправил мне своих людей «за знакомство»?

Впрочем, я догадывался. В деле наверняка замешаны чьи-то коммерческие выгоды… Кто-то собрал «массовку».

— Господа, я постарался максимально учесть всеобщие интересы, — начал я. — Разве не всем нашим вотчинам было бы выгодно, если бы Ила стала хорошей торговой артерией? Только представьте, как оживилась бы торговля, как повысились бы налоги…

— Довольно! — вскричал Клеан. — Я не обязан слушать вранье всякого выскочки неблагородного происхождения!

…Ого. Видно, его кто-то ну очень хорошо накачал деньгами. Или крепко взял за яйца. Как он нарывается!

Шепотки баронов сразу смолкли. Герцог тоже молчал и глядел на нас с выжидательным интересом. Габриэль бок о бок со мною встал жестче и ровнее.

Что ж, на это мог быть только один ответ.

— Вы ставите под сомнение волю короля, который даровал мне баронский титул? — холодно спросил я.

— Я? Нет, — цыкнул зубом Клеан. — Я ставлю под сомнение твою доблесть и благородство, ты, обманщик и самозванец, за которого все делают бабы!

Та-ак.

— А теперь ты еще и оскорбил моих супруг, — я выхватил Ханну из ножен. — Требую ответить за свои слова здесь и сейчас — если у тебя самого меч, а не зубочистка!

— И снова хватаешься за бабу, не так ли? — Клеан достал свой собственный меч. — Это ведь еще одна твоя жена, грязный выскочка? Так же поют трубадуры? Волшебный меч, который всех побеждает?

— Это мой меч, — холодно сказал я. — Ты ставишь под сомнение мое право драться моим мечом?

— Этот торопыга боится, что ему нечем удивить женщину! — подала голос Ханна, ясно и звонко, на весь зал.

Лицо Клеана не дрогнуло.

— Видите! Видите! — воскликнул он в сторону остальных баронов. Затем сквозь зубы обратился к Ханне: — Мадам, это мужской разговор, женщинам в нем не место!

Кажется, этот тезис нашел понимание у некоторых баронов — но не у всех. Меч аристократа — это его меч, хоть тысячу раз заколдованный! Не зря же Ханна говорила, что даже королевским рыцарям позволяли самостоятельно заказывать мечи себе под руку, хоть волшебные, хоть нет — только чтобы уставной вид имели. Я же лихорадочно думал. Этот барончик действительно нарывался из последних сил: он очень резко взвинтил ставки, буквально ставя на кон свою шкуру — насколько я понимал все эти баронско-рыцарские распонятки.