Глава 17

Божественный сон и пляжный эпизод

В этот раз пространство сна с самого начала выглядело по-другому. Не знакомый белый рассветный туман, подсвеченный золотом восходящего солнца, с которых любила начинать свои сны Рагна — маленький знак мне, моя жена лишний раз показывала, как много для нее значит наша встреча! А что-то одновременно радужное и темное, вспыхивающее и непонятное. На какой-то момент мне показалось, что я увидел огромный зал со звездным небом вместо потолка и полом из зеркальных обсидиановых плит, в которых отражались звезды же, заполненный многочисленными маятниками и зубчатыми передачами, словно внутренности часового механизма, и вроде бы там был Кузнец с отверткой, который что-то подкручивал в каком-то колесике — но это могли быть выверты подсознания. «Мне надо увидеть богиню Любви, — твердил я про себя. — Я обязан. Я должен! Дело касается моего ребенка!»

— Должен он! — засмеялся знакомый голос.

Я вдруг обнаружил, что сижу за привычным мне столиком кафе, передо мной, кажется, тот же самый знакомый картонный стаканчик. А напротив — не менее знакомая блондинка в розовом, которая хитро мне улыбалась.

— Н-да, по такому поводу меня еще не вызывали! — засмеялась она. — Любовь, а Любовь, расскажи мне, как у меня получилось ребенка зачать! Тебе про тычинки и пестики лекцию, или сокращенный вариант?

— Так ты знаешь мой вопрос? — спросил я. — Можно не объяснять?

Любовь вздохнула.

— Я за тобой не наблюдаю постоянно, но время от времени поглядываю… А тут вы меня столько раз поминали, что любопытство разобрало! Да, знаю. И ответ тоже «да». Я тебя благословила. От моей награды ты отказался, но совсем без ничего тебя оставить не полагалось — репутация бы пострадала! Так что я наградила тебя стандартным, даже, я бы сказала, дефолтным благословением Любви. Здоровье, долголетие, мужская сила. Плодовитость входит в мужскую силу. Поскольку в этом мире я покровительствую еще и браку и деторождению — ну, так сложилось, здешняя богиня Земли с удовольствием спихнула эту функцию на меня, а я была только рада, люблю детишек! — то вот.

— И вашего благословения оказалось достаточно, чтобы преодолеть древнее эльфийское проклятье угасающего семени? — очень вежливым тоном спросила Рагна.

Рагна!

Я обернулся.

Моя черноволосая сероглазая жена сидела по левую руку от меня, причем даже не в белой ночной рубашке, в которой часто мелькала в моих снах, а в толстом сером свитере и бежевых бриджах моего мира: так я ее однажды «одел» в сновидении, и ей понравилось. Как я раньше ее не заметил⁈

— Умничка некромантша, зришь в корень, — весело сказала богиня. — И да, и нет. То проклятье также накладывали боги, так что прямо спорить с ним я, конечно, не могу. Но! Во-первых, дело было в другом мире, а здесь все-таки моя юрисдикция. Во-вторых, Мириэль несколько раз отвергла свою принадлежность к темным эльфам, уходя из старшего клана. Даже сказала, что она лучше будет безродной, чем с ними. Ну… обычно такие взбрыки молодежи юридической силы не имеют, но в данном случае мое благословение наложилось на эту техническую подробность и несколько усилило действие. И еще два фактора сработали в вашу пользу. Третий был такой: благословение Белого мужа. Тоже очень сильная штука! Тут подробности не могу вам рассказать, муж не велел, но имейте в виду, что оно хоть и локального действия, в отличие от эльфийского проклятья, но не менее мощное. И четвертый, наконец… Заклятье подчинения и желание самой Мириэль!

— А это как связано? — удивился я. — Неужели Рагна угадала, что мой приказ мог как-то повлиять? Но я точно не приказывал ей забеременеть!

— Не приказывал, но она видела, что ты этого хочешь.