Мэгги бросила быстрый взгляд через всю комнату, туда, где лежали книги. Она чувствовала гордость создателя. Двенадцать историко-романтических новелл за шесть лет, а кроме того, четыре лучших бестселлера. И везде воин-индеец украшал обложку.

Мэгги снова взглянула на юношу. Как случилось, что он — точная копия того воина из ее сна? Что делал он в ее владениях, почти обнаженный, одетый лишь в набедренную повязку и мягкие мокасины? Слава Богу, что Бобби Бегущий Конь не убил его!

Мэгги вновь рассеянно бросила взгляд на индейца, отметив длинные черные волосы, прямые брови, орлиный нос и волевой подбородок. Кожа у него была цвета старой меди, гладкая и нежная с двумя бледными рубцами на груди и страшной раной на правом боку.

Она решила, что юноша прекрасно сложен. Фигурой он мог бы соперничать с Фабио , великолепным итальянским прорицателем, изображения которого так часто появлялись на обложках книг Джоанны Линдсей. Те же широкие плечи и сильные руки, красивое и, вдобавок, волевое лицо.

Мэгги встряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли. Ведь это не роман, а действительность.

Будь он трижды красив и привлекателен, она не желала иметь дела ни с кем из мужчин. Однажды она уже была ранена любовью и не желала разбить свое сердце снова. К чему опять страдать!

Она бесшумно откатила инвалидное кресло и тихо покинула спальню.

Приблизившись к столу, что стоял в просторном кабинете, облицованном дубовыми панелями, она устроилась у компьютера, пытаясь сосредоточиться на любовной сцене романа. Она работала как раз над нею в ту минуту, когда Бобби ворвался в дом, оповестив, что подстрелил индейца. Мэгги тут же позвонила доктору в Старгис, но ей ответили, что доктора вызвали, он вернется только ночью. Мэгги сообщила слуге доктора о несчастье на ранчо и дала отбой. К счастью, ее домоправительница Вероника Маленькая Луна оказалась на ранчо, когда Бобби принес в дом незнакомца. Вероника обработала рану, заверив Мэгги, что юноша вне опасности, хотя и потерял много крови. Вероника предупредила ее, что ночью, возможно, его будет лихорадить, и выразила готовность остаться и ухаживать за раненым. Все же Мэгги отослала ее домой. Веронику ждали там муж-работяга и двое сыновей-подростков, а здесь Мэгги всегда могла рассчитывать на Бобби, жившего в домике для гостей. Его, при необходимости, можно было вызвать по телефону.

Мэгги усмехнулась. Бобби мечтал стать воином и не смог отличить человека от оленя!

Она устремила взгляд в голубой экран компьютера, но тщетно. Мэгги просто не в силах была перестать думать о мужчине в соседней комнате и не переставала спрашивать себя о том, кто он и откуда.

Вероника позвонила в полицию Старгиса и рассказала о случившемся. Час спустя шериф Линдсей Холистер выехал для расследования. Он допросил Бобби и пришел к заключению, что имел место несчастный случай на охоте. Шериф согласился с Вероникой, что во избежание осложнений лучше всего не трогать раненого.

Единственное, чем был озабочен Холистер, — тем, что личность индейца не удалось установить. В конце концов шериф решил, что краснокожий заблудился спьяна. Рано или поздно объявится кто-то из резервации, разыскивая следы пропавшего. Тогда полиция и установит его личность. Прежде чем вернуться в город, Холистер пробыл в доме остаток дня, приняв приглашение Мэгги на обед, затем задержался за кофе — и уехал, явно убежденный в том, что индеец просто заблудился.

Устав, Мэгги выключила компьютер и направилась в спальню. Раздевшись и облачившись в ночную рубашку, она принялась убирать волосы. Уже лежа в постели и глядя в потолок, Мэгги припомнила прошедший день. Внезапно на нее нахлынуло чувство одиночества.

Она закрыла глаза, сдерживая слезы. Два с половиной года пролетело со времени несчастья, превратившего ее в калеку, не способную самостоятельно передвигаться на ногах.