Да и кто сказал, что именно она родилась на свет для того, чтобы обрести счастье и солнце на своем пути?

У Викинга в участке был шкаф для одежды. Однако он предпочитал держать свои вещи дома. Полицейскую форму тоже. Сын проснулся, они играли и смеялись, пока Викинг одевался. Девочка начала капризничать. Хелена уселась за кухонный стол, чтобы снова дать ей грудь – авось малышка опять заснет. Викинг заглянул в кухню, чтобы попрощаться.

– Я хочу сегодня поехать пособирать морошку, – сказала она. Голос не дрогнул.

Викинг замер в дверях.

– Не на Кальмюрен, я надеюсь? Ты ведь знаешь, что говорят…

Его забота – он так волновался за нее. Переживал, что с ней что-то может случиться.

– Все это суеверия, Викинг. Бездонных болот не существует.

Слова прозвучали жестко, но ее буквально разрывало изнутри. Она попыталась смягчить их улыбкой.

– Хорошего тебе дня, мой дорогой.

Он отвернулся и закрыл дверь, хлопнув чуть громче, чем обычно.

Когда Элин заснула, а Маркус поел на завтрак кефир с хлопьями, они вместе с сыном складывали мозаику с медвежонком Бамсе на полу в гостиной. Выбирая и прикладывая фрагменты пазла, сынок беспрерывно болтал. Такой милый, такой умненький! Складывает пазлы для детей куда более старшего возраста.

Она позвонила Карин.

– Хочу посмотреть, не осталось ли на болоте еще морошки, – сказала она. – Можно оставить тебе Маркуса на пару часов? Он не выносит комаров…

– Само собой, конечно, – ответила Карин. – Хотите перекусить? Я собиралась нажарить оладушков.

Проснулась малышка.

– Пойдем к бабушке есть оладушки? – спросила Хелена, прикладывая дочь к груди.

– Да-а-а! – радостно закричал сынок.

Она наспех написала записку Викингу – на случай, если он вернется домой раньше нее.

Любимый!

Я поеду пособираю морошку. Хочется куда-то из квартиры.

Маркус у Карин.

Подписалась звездочкой – в форме рубца, который остался у нее на животе после рождения Маркуса. Надела резиновые сапоги, закинула в багажник пару корзин для ягод. Потом отправилась пешком к Карин, неся малышку в переноске – сын скакал по тротуару рядом. Свена дома не было, он подолгу жил в своей квартире в доме группового проживания в Видселе.

– Будь осторожна, – сказала ей Карин, переворачивая на сковородке оладушек. – После дождя там бывает очень мокро.

Поцеловав на прощание Маркуса, она вернулась к себе с дочерью в переноске, посадила ее в автомобильное кресло, пристегнула и поехала к болоту Кальмюрен. Выехала она заранее, не хотела опоздать.

Ехала по дороге, глядя прямо перед собой. Во всем теле ощущалась звенящая пустота. Ее мама оторвала ее от себя, ради нее. В будущем ей придется расстаться с Элин, по той же причине. В голове звучали слова бабушки: «Мы не управляем ситуацией, мы просто проживаем ее».

Она припарковала машину в тупике рядом с табличкой «Запретная зона – доступ иностранцам воспрещен». До встречи оставалось больше часу. Она вполне могла пособирать ягоды, Викинг любит варенье из морошки.

Малышка заснула.

Хелена снова уложила ее в переноску, которую поставила на сухую кочку, тщательно прикрепив сверху сетку от комаров. Ветер гудел в кронах берез. Она обильно опрыскала себя средством от комаров, так что дух перехватило, поставила большую корзинку рядом с девочкой, а с маленькой отправилась на болото.

Присланные координаты привели ее на северо-западную оконечность болота, максимально далеко от поселка. Сюда не забредали сборщики ягод из города. Земля горела от спелых ягод, на душе у Хелены стало легко и радостно.