– Мы с тобой оба шестьдесят второго года, – сказал Викинг. – Хотя я старше. Ровно на два месяца.

Похоже, ей не нравились разговоры о возрасте.

– Так что произошло там, в Каллисе?

Еще вина в бокал, в основном в его.

– В Калтисе, – поправил он. – Это было в 1962 году, когда фирма «Ваттенфаль» строила дамбу в Мессауре, выше по течению от Стентрэска. Их офис располагался на туристической станции в Калтисе, и там стоял сейф с деньгами. Ночью накануне выдачи последней зарплаты сейф взломали. Воры проникли снизу.

Он отпил вина. Она слушала, округлив глаза, полуоткрыв рот.

– Снизу?

Он кивнул и сглотнул.

– Из-под пола. С полицейской точки зрения, преступление раскрыто, хотя никого не осудили. Это было первое дело моего папы, оно преследовало его всю жизнь. Все это время знать, кто это сделал…

Она заморгала.

– Но подожди, – проговорила она. – Почему же вора не задержали?

Похоже, ее по-настоящему увлекла эта история.

– Он исчез, – ответил Викинг. – И его сын тоже. Двадцать пять лет спустя сына нашли утонувшим в Стурфорсене, а вот про вора так ничего и не известно. Он унес с собой почти миллион крон.

– Какая история! – воскликнула Хелена. – Но откуда было известно, что это он? Кто именно вор?

Викинг выпил из своего бокала, она тут же подлила ему еще. Ему пора уже перестать пить, иначе вся квартира поплывет. Хелена поднялась, достала из холодильника еще одну бутылку того же сорта.

– Имелись все доказательства, – сказал он, – но поскольку никого не смогли задержать или допросить, уголовное дело не возбуждалось.

Она разлила вино, откинулась на спинку стула и посмотрела на голые ветки берез за окном. Там прыгала белка.

– Мне надо в туалет, – сказал он.

Она указала в сторону двери ванной.

Ему едва удалось попасть струей в унитаз.

– Почти миллион крон, – сказала она, когда он вернулся за стол. – Тогда, в шестьдесят втором. Сколько это по сегодняшним меркам?

Он уселся на стул и посмотрел на нее.

– Куча денег, – ответил он и взялся за бокал. – А если бы он сразу разместил их на бирже, был бы сейчас как Скрудж МакДак.

– Кто?

Она смотрела на него с таким изумлением, что он рассмеялся и поперхнулся вином.

– Так ты и мультики про Дональда Дака тоже пропустила?

Она закатила глаза.

– «Тоже»? Потому что я не слышала про ограбление в Каллисе?

В животе и ниже разливалось приятное тепло. Девушка казалась ему такой симпатичной – хотелось протянуть руку и погладить ее по волосам, но он сдержался.

– А чему тебя учили в твоих международных школах – кроме как разливать пиво?

– Мне рассказывали о безупречности Мустафы Кемаля и Джомо Кеньятты. А бабушка научила меня печь. У меня обалденно получается бисквит.

Вскочив со стула, она подошла к плите, где под красно-белым клетчатым полотенцем скрывалось довольно унылое произведение кулинарного искусства.

– Ну, этот конкретно получился не очень, – извиняющимся тоном проговорила она и попыталась поставить его на стол между миской с картофелем и соусницей.

– Наверное, надо сперва немного убрать со стола, – сказал Викинг, поднимаясь на непослушных ногах. Собрал приборы, салфетки и грязные тарелки.

– Нет-нет, я сама, дай мне, – сказала она и тоже взялась за тарелки, оказавшись таким образом рядом с ним, близко-близко.