– Джамбу, ты что? Их тут две сотни по меньшей мере!

– Да? Это значит, два раза по двадцать… или три?

– Ушам своим не верю, – вздохнула Ореола. – Ну-ка, живо, найди мне кого-нибудь из радужных, кто умеет считать!

– Я умею! – вскинулся новый дымок, на этот раз тёмный. Солнышко не сразу узнала голос Потрошителя, того убийцы, которого подослали к Ореоле, но он её отпустил.

– Шутишь? – фыркнула Ореола. – Не хватало ещё доверять ночным.

Потрошитель усмехнулся.

– Вот же вредина… Посчитай-ка сама, сколько раз я мог тебя убить.

– Так и знал! – зарычал щербатый ночной, сжимая когти вокруг каменного зеркала. – Бедняга Лют был прав насчёт этого предателя!

– Когда мы захватим дождевой лес, он получит своё! – прошипел верзила.

Тем временем голос Ореолы продолжал:

– Так и быть, иди пересчитай ночных, а Звездокрыл тебя проверит, когда очнётся.

– Вот она, высшая степень доверия! – захихикал Потрошитель.

Тёмная струйка дыма следом за розовой втянулась обратно в зеркальную поверхность. Бело-пурпурная слегка наклонилась, качнулась…

– Он ведь очнётся, правда? – с надеждой спросила она.

– Думаю, да, – ответил густой буроватый дымок, поднимаясь рядом. Солнышко встрепенулась, узнав Глина. Даже с другого конца леса земляной дракончик помогал ей воспрянуть духом. – Хотя ожоги тяжёлые, – продолжал он. – Мы усыпили его стрелками, чтобы подлечить во сне, но всё равно будет очень больно.

Солнышко судорожно обвилась хвостом. Бедный, бедный Звездокрыл!

– А глаза? – спросила Ореола. – Он будет видеть?

– Не знаю, – ответил Глин.

Тёмно-синяя струйка выстрелила из зеркала и завилась над пурпурной и бурой, будто делала круги в воздухе.

– Я облетела все посты, – доложила Цунами, – везде наши стражники с копьями и духовыми трубками. К туннелям приставила ещё часовых. На мой взгляд, не слишком грозно они смотрятся, но ночных, надеюсь, отпугнут.

– На всякий случай и вы двое оставайтесь, – распорядилась Ореола. – Целители в деревне пока сами присмотрят за Звездокрылом, а стеречь ночных никто лучше вас не сможет.

– Муа-ха-ха! – гордо изогнулся бурый завиток. – Я самый грозный! Р-р-р…

– Как раз сейчас – не очень, – фыркнула Цунами.

– Ну, хотя бы не земляничного цвета, – вздохнула Ореола.

– Ладно, посторожим, – согласился Глин. – Солнышко, наверное, уже в деревне. Пусть и сердится, но за Звездокрылом ухаживать всяко поможет.

Крошка песчаная испуганно сжалась, встретив острый взгляд Зубасты.

– А почему она сердится? – удивилась Ореола.

– Этот гнусный сын ящерицы, Провидец… – зарычала Цунами, – он заявил, что пророчество – не настоящее! Мол, сам его придумал, чтобы легче захватить дождевой лес.

Взгляды похитителей разом переместились с Обсидианового зеркала на Солнышко. Она угрюмо потупилась, разглядывая свои лапы.

– Что-о? – воскликнула Ореола. Пурпурный завиток дыма вытянулся, став вдвое выше.