– Включите звук, – сказал Холмен.

Мейсон выполнил просьбу, но снаружи всебыло тихо.

– Они напоминают мне стаю птиц. Их может всполошить малейший шум, – заметил Мейсон.

Джон рассказал ему о голубях на Трафальгарской площади.

– Господи, меня аж в дрожь бросило… – сказал Мейсон. – Прибавим‑ка ходу.

Холмен поехал быстрее, и вскоре собор остался позади.

– Вы заметили, что они, как правило, ходят толпами? – спросил Мейсон.

– Да. Похоже, вместе с рассудком эти люди утратили и индивидуальность. Они сбиваются в стада, подобно животным. Смотрите, они толпятся на автобусных остановках. И это естественно: ведь там всегда полно народу. Сначала я думал, что люди чем‑то испуганы и это заставляет их сбиваться в толпы, но теперь мне ясно: их словно что‑то тянет туда, где обычно многолюдно.

– Взгляните на него! – крикнул Мейсон, указывая на неожиданно вынырнувшего из тумана совершенно голого мужчину, угрожающе размахивающего саблей. Незнакомец приблизился к машине.

Чтобы не задавить этого психа, Холмену пришлось резко свернуть в сторону. Мейсон оглянулся, но незнакомец уже исчез в тумане.

– Похоже, несмотря на всеобщее помешательство, индивидуумы еще не перевелись, – заметил Мейсон.

За пределами Сити они наткнулись на нечто невероятное.

Посреди дороги Холмен и Мейсон увидели кучу бело‑розовых тел и спутанных рук и ног. Присмотревшись повнимательнее, они поняли, что это небольшие группы людей, совокупившихся в половом акте.

– Боже! – медленно проговорил Мейсон. – Посмотрите на них. Это же настоящая уличная оргия!

– Сначала, вероятно, была одна пара, а остальные присоединились потом.

– Но ведь некоторым из них уже за шестьдесят.

– Зато другим не более десяти.

– Что будем делать? – спросил Мейсон, отрывая взгляд от толпы.

Довольный замешательством попутчика, Холмен незаметно улыбнулся. Невозмутимость Мейсона действовала ему на нервы.

– Ну, присоединяться к ним, думаю, не будем, – ответил Джон и с улыбкой добавил: – Объедем их, конечно.

Холмен свернул в узкую боковую улицу. Изогнув шею, Мейсон повернулся к заднему окну и смотрел на оргию, пока она не исчезла из виду, а затем начал проклинать туман, из‑за которого толком ничего нельзя разглядеть.

– Невероятно! – произнес он.

Чтобы вернуться на заранее намеченный курс, Джон выехал на другую, более широкую улицу. Через пятьдесят ярдов он резко остановил машину.

– В чем дело? – спросил изумленный Мейсон, глядя на приборы.

– Смотрите! – ответил Холмен, указывая вперед.

Прищурившись, Мейсон начал всматриваться в туман. Послышался крик, и у двери одного из домов Мейсон увидел девушку лет пятнадцати. Даже издалека были видны ее огромные от ужаса глаза, а ее вопли проникли в тесный автомобиль.

На девушку, осклабясь, наступали два здоровенных мужика в лохмотьях. Оба были страшно грязными, из‑за чего казались еще страшнее, но больше всего пугало их поведение. Эти двое не скрывали своих замыслов. Расстегнув брюки, они медленно поглаживали пенисы и громко кричали о том, что собираются сделать с хрупким телом девушки.

Их предполагаемая жертва сидела на корточках, прижавшись к двери, и плакала, закрыв лицо руками, словно хотела избавиться от окружающего кошмара. Пока что было не ясно, заражена ли девушка безумием.

– Боже мой! – проговорил Холмен.

– Послушайте, нам нельзя туда. В этом костюме я ничем не смогу ей помочь, а сами вы просто не имеете права рисковать.