– О чем? – удивился Холмен.

– Ты не рассказал мне.

– О чем не рассказал?

– Почему ты зовешь меня Кейси?

– Ты действительно хочешь знать? – рассмеялся Джон.

– Да.

– Ты рассердишься.

– Рассержусь? Тогда тебе лучше рассказать сейчас, – сказала Кейси.

– А может, не надо?

– Рассказывай! – потребовала девушка, теряя терпение.

– Ладно, – покорился Джон, с улыбкой глядя на Кейси краем глаза. – В детстве у меня была собака…

– Собака?!

– …ее звали Кейси…

– Ее звали!!!

– …и когда я увидел тебя…

– …Кейси!!! Ты…

– …у тебя такие же глаза…

– …ты!!!

– …поэтому‑то я и влюбился в тебя… Я понял, что вновь встретил кого‑то, кто будет мне очень дорог… Поэтому я и назвал тебя Кейси.

Голова Кейси упала на подушку. Девушке вдруг захотелось плакать и смеяться. Джон крепко обнял ее. Он улыбался, но на душе у него было тоскливо.

– Представь мою радость, когда я приручил тебя.

Кейси расплакалась. Расплакалась, потому что была счастлива, потому что в эту минуту ей было чуть‑чуть грустно, потому что они вместе.

– Теперь все кончено?

– С туманом? С этим кошмаром? Надеюсь на это, потому что в противном случае я просто не знаю, что с ним делать.

– Найдется средство.

– Хлорид кальция. В нем спасение, но он требуется в огромных количествах.

– Но почему они молчат об этом?

– Потому что не понимают, как химический препарат может уничтожить микоплазму. Да и Рикер не советует рисковать. Нужно окончательно во всем убедиться.

– И когда же это случится?

– Кто знает? Полагаю, когда все будет пропитано хлоридом кальция.

– Или когда люди перестанут сходить с ума, – сказала Кейси, поведя плечом и крепче прижимаясь к Холмену.

– Можно вылечить каждого, если безумие не превратится в эпидемию.

– Или если бедняги не покончат с собой.

Джон молчал. Ему и Кейси повезло, но плата за везение – тяжкие воспоминания. Холмен знал, что им придется о многом молчать. Пройдет не один год, прежде чем они избавятся от воспоминаний, но вместе, помогая друг другу, они преодолеют недуг.

Их взгляды встретились. Кейси была погружена в свои мысли.

– Все в порядке, – улыбнулась она.

Холмен сел. Он твердо решил не поддаваться влиянию прошлого.

– Пойду сварю кофе, – сказал Джон.

– Нет, я сама все сделаю, а ты лежи, – ответила Кейси.

Холмен снова улегся и следил, как она накидывает на голое тело его рубашку, в которой выглядела очень соблазнительно. Кейси нагнулась, чтобы поцеловать Джона, и очертания ее маленьких грудей снова взволновали Холмена. Девушка подошла к занавешенному окну. Холмен вспомнил их драку в полутемной спальне, но быстро и с легкостью прогнал это видение.

Кейси отдернула занавеску и застыла на месте.

– Джон, – проговорила она, будучи не в силах оторваться от тусклого полумрака за окном.

Холмен вскочил с кровати, чувствуя уже знакомый озноб. Он подбежал к окну, резко отдернул вторую половину занавески и выглянул на улицу.

– О Боже! – простонал он.

Улица исчезла. Вместо нее за окном была серая пустота. Тяжелая серая пустота желтоватого оттенка.

Холмен и Кейси застыли у окна, пораженные страхом и недоумением. До них с трудом дошло, что в соседней комнате настойчиво звонит телефон.