— Смотри, чтоб не протекло, — хмыкнул Франц, когда медик выбирался обратно.

— Минута, — сообщила в наушнике Бриджит. Помолчала и смущенно спросила: — Кэп, как там Руди?

— Дэни! — произнес командир, переадресовав вопрос мне.

— В порядке.

— Руди, помаши ручкой Бриджит, — бросил Франц в спину Доку.

Я ухмыльнулся, а лицо медика потемнело от гнева. Он показал небу средний палец и принялся упаковывать в рюкзак целлофановый мешочек с отходами, так сказать, производства.

— Дэни, пожалуйста, скажи солнцу, чтобы не ел печенье, — торопливо заговорила Бриджит. — Я только вчера узнала, что джем был просрочен. Перепутала банки, когда готовила начинку. Ну и…

Что «и», она не уточнила.

— Скажу. — Я покосился на Дока, который вешал через голову сумку с дефибриллятором.

Обещанная минута давно истекла, и командир не выдержал:

— Что видишь, Бриджит?

— Простите, капитан. Тут… Этого не может быть!

— Оператор, отвечайте по уставу! — В голосе Кэпа прорезался металл. — Доложить обстановку немедленно!

Я опустился на одно колено, уперев приклад в плечо, поднял правую руку над головой, разжал кулак и растопырил пальцы. За спиной зашаркали подошвы армейских ботинок, бряцнули патроны в ленте у Франца — теперь бойцам было не до шуток. Они не слышали наш разговор по радио, но понимали мои знаки.

Звено Кэпа также рассредоточилось, Пак отошел назад шагов на двадцать, оказавшись точно посредине между людьми и холмами. Если потребуется, успеет поставить мины и перекрыть противнику направления на выезде из ложбины. Кэп с бойцами за это время поднимется на гряду, а вот мне с парнями придется прятаться в воронке и держать оборону. Отступать здесь некуда.

— Вижу уничтоженный конвой, — доложила Бриджит. — Четыре наших грузовика, две бронемашины сопровождения. — Она назвала координаты конвоя и добавила: — Судя по картинке, выгорели дотла еще вчера. Признаков дыма и пламени не наблюдаю.

Я откинул клапан на разгрузке, сверился с данными, полученными электронным планшетом через спутник. На экране светилась карта, разбитая на квадраты, яркими точками был обозначен конвой. Выходило, что сгоревшие машины расположены за холмами, до них почти две мили. Чтобы добраться туда, надо миновать ложбину, обогнуть возвышенности… Нет, что-то не сходится. Запах на таком расстоянии не почуять.

— Пройдись еще раз над квадратом, Бриджит, — приказал командир.

Видимо, ход наших мыслей совпал. Спустя минуту оператор доложила:

— Еще один грузовик прямо перед вами. Стоит на въезде в ложбину. Машина уничтожена.

Вот откуда горелым тянет!

— Прочеши соседние квадраты, заметишь противника, скинь численность и координаты.

— Кэп, я должна…

— Ты слышала, что я сказал? Конец связи.

Я сменил диапазон, махнул рукой — и звено пришло в движение. Полученные данные Бриджит сбросит на планшетник, если вообще будут хоть какие-то данные. Меня одолевали сомнения насчет противника: нападение случилось вчера, сидеть в засаде и ждать наш патруль диверсанты «Ауткома» не станут. У них другая тактика, они чаще под прикрытием мех-боссов работают, но раз следов ПБМ противника нет, значит, конвой вполне могли расстрелять с воздуха. Вот только ПВО, то есть наши операторы, такие как Бриджит, сидящие в командном центре Объединенных Сил, сокращенно — Ось, не могли пропустить появление вертолетов противника над нейтральными территориями.