Я попросила горничную позвать в кабинет Владимира.

Молодой человек вошел с папкой в руках, из которой он вынул блокнот в кожаном переплете и протянул его мне.

– Вот, Евгения Максимовна, здесь все телефоны и адреса, которые вам могут понадобиться. Георгий Валентинович дал мне указания во всем вам помогать, – добавил он.

– Спасибо, Владимир, – сказала я и взяла протянутый мне блокнот. – Раз уж мы с вами уже беседуем, то давайте продолжим наш разговор. Скажите, вы ничего подозрительного сегодня утром не слышали? Или, может быть, видели?

– А что конкретно вы имеете в виду?

– Ну, возможно, шум борьбы или звук отъезжающего автомобиля, может быть, крики о помощи. Ну, или что-нибудь еще в этом же духе. Короче, что-то такое экстраординарное, – пояснила я свой вопрос.

– Нет, ничего такого не было, – подумав, ответил Владимир.

– Скажите, Владимир, а были ли раньше такие случаи? Я имею в виду похищение.

– На моей памяти ничего такого не было. Правда, я работаю у Георгия Валентиновича не так давно.

– И сколько же?

– Да год с небольшим.

– Ладно, тогда перейдем к другим. Мне надо будет опросить всю прислугу, которая постоянно находится в особняке.

– Хорошо, я сейчас всех соберу, – сказал секретарь Новохатского.

Прислуга собралась в просторной гостиной, и я начала опрашивать людей.

Никто ничего не видел и не слышал. Тогда я решила поговорить с каждым наедине: мало ли что, возможно, в разговоре с глазу на глаз люди будут более откровенны и мне удастся найти какую-нибудь зацепку.

Но и беседа тет-а-тет ничего не дала. Правда, с одной из них, пожилой Таисией Ивановной, про которую в нашем разговоре упомянул Новохатский, мы довольно доверительно пообщались.

Женщина небольшого роста, с приятным лицом, тронутым морщинами, подробно рассказала мне о бывшем муже Новохатской и добавила ряд нюансов к облику Елизаветы.

– Владик, бывший муж Лизы, хороший парнишка, – начала рассказывать Таисия Ивановна, – такой вежливый, обходительный, из интеллигентной семьи. Но не сложилось у них с Лизой.

– Из-за Георгия Валентиновича? – уточнила я.

– И из-за него тоже, но больше всего из-за Лизы. Мне кажется, она несерьезно относилась к Владику. Ну, то есть знаете, вот как к щенку, которого завели забавы ради, а потом, когда надоел, взяли и выкинули.

– Таисия Ивановна, расскажите, пожалуйста, подробнее о замужестве Елизаветы, – попросила я.

– Лизоньке из Америки какая-то родственница прислала роскошную диадему, невероятно дорогую, – начала Таисия Ивановна. – Лиза сказала, что она стоит баснословную сумму денег. Да и то сказать, украшение – красоты неописуемой, глаз не оторвать. И вот Лизочка решила сделать кучу фотографий в этой диадеме или, как сейчас модно говорить, устроить фотосессию. И не придумала ничего лучше, чем с этой целью… выйти замуж! Представляете?! Уж как я ее отговаривала, убеждала, что такими вещами шутить нельзя. Нельзя так легкомысленно относиться к браку, семья – это очень серьезно, это на всю жизнь, а уж никак не для нескольких десятков фотографий. Но Лиза ничего не хотела слушать.

– И кого же она выбрала? Я имею в виду в качестве жениха? – спросила я.

– Ох, – вздохнула Таисия Ивановна, – в нашем поселке раньше жила семья Агафонниковых. Владимир Борисович был очень успешным бизнесменом, по капиталу он, пожалуй, почти не уступал Георгию Валентиновичу.