|
Но женился он на женщине гораздо моложе себя. Екатерина Дмитриевна родила сначала Владислава, а через несколько лет – Никиту. Младший сын у Агафонниковых серьезно болен, какое-то сложное заболевание, которое не излечивается. Может быть, поэтому она почти совсем забросила Владика, а все силы отдала младшему, не знаю. Хотя Екатерина Дмитриевна еще и до рождения Никиты относилась к своему первенцу очень холодно, передав его на попечение нянек. В общем, Владик был предоставлен самому себе, но это не помешало ему стать воспитанным, добрым и умным. Он старше Лизочки, и он, что называется, всегда неровно дышал в ее сторону. И вот Лиза решила, что Владик как нельзя лучше подходит для этой свадебной фотосессии.
– И он согласился? – спросила я. – Постойте, Таисия Ивановна, Лиза все ему рассказала? Ну, для чего нужна эта свадьба? И сама сделала предложение? – Ой, не знаю, как все именно произошло. Не думаю, что Лизонька действовала так уж напрямую, все-таки они много лет были знакомы, считайте, с самого детства почти. Что касается Владика, как я уже говорила, у него были к Лизоньке самые настоящие чувства. В общем, свадьба с фотосессией состоялась, были гости, молодые даже поехали в свадебное путешествие, благо Георгий Валентинович в это время отсутствовал, ну а потом… – Понятно, они развелись, – сказала я. – Ведь фотосессия с диадемой проведена. – Да нет, они вроде бы и не торопились расставаться, но вернулся Георгий Валентинович и… Да, забыла сказать, что еще до свадьбы отец Владика скоропостижно скончался. Он ведь был уже в возрасте. Оказалось, что финансовые дела пришли в упадок, и Екатерина Дмитриевна с сыновьями вернулась в городскую квартиру. Владик к тому времени с отличием окончил университет, стал хорошим специалистом, его даже приглашали в заграничные университеты читать лекции. Насколько я знаю, он теперь содержит мать и брата. Выслушав Таисию Ивановну, я подумала, что, возможно, к похищению причастен бывший супруг Новохатской. А что? Если с ним так обошлись и Елизавета, и ее отец, то можно понять желание парня отомстить. Я уточнила у Владимира адрес Владислава, и шофер отвез меня в один из спальных районов столицы. Дом, в котором проживал бывший муж Елизаветы Новохатской, представлял собой типичный «человейник», однако весьма комфортно обустроенный. На территории двора были высажены деревья и даже разбито несколько клумб с цветами. Ну, и, конечно же, детская площадка с горками и качелями. Я позвонила в домофон, в ответ раздался резкий женский голос с визгливыми нотками: – Чего надо? – Я к Владиславу Владимировичу, – ответила я. Послышался какой-то шум, потом к визгливому голосу присоединился еще один, но дверь подъезда открылась. На лифте я поднялась на пятнадцатый этаж и вышла из кабины. С левой стороны от лифта дверь в тамбур была открыта, в просторном коридоре весьма эмоционально разговаривали две женщины. Одна из них, дама лет пятидесяти, в шелковом халате, расшитом драконами, держала зажженную сигарету с мундштуком и пускала замысловатые кольца дыма почти в лицо другой женщины примерно такого же возраста, одетой в элегантные домашние брюки и тонкий свитер. – Екатерина Дмитриевна! – воскликнула женщина. – Это просто неслыханно! От вашего табака у меня начинается приступ астмы! Курите у себя дома! Почему это надо обязательно делать в месте общего пользования? – Вот вас, Виктория Викентьевна, я и забыла спросить, где мне дымить! – с вызовом ответила мать Владислава и обратилась ко мне: – Вы, что ли, к Владиславу? – Да. – Проходите. – Она чуть посторонилась, пропуская меня. Я прошла в большой холл, хранивший следы недавнего, хорошо сделанного ремонта, и остановилась, не представляя себе, куда идти дальше. |
