«Вкусный и сытный ужин, сладкое вино, приятная обстановка и мыслишки о сексе расслабляют»,

– усмехнулся Вахираз.–

«Я бы не стал рисковать».

А я рискну.

«Тебе решать».

Садара, Найрин, сегодня вы впервые будете со мной не в качестве оружия. Вы этого хотите?

«Господин!»

– отозвались обе в унисон. В их голосах слышались восхищение с нетерпением.

Я улыбнулся и протянул вперёд руки.

Татуировки на предплечьях пришли в движение, вокруг левой ладони заклубилась тьма, вокруг правой сгустился сияющий туман. Мгновение, и вот мои союзницы стоят предо мной, держа меня за руки. Обе обнажены, обе прекрасны. Смуглая кожа викары отсвечивает бронзовыми бликами. Предплечья, бёдра и шея покрыты чёрными пятнами. Тёмные как ночь волосы струятся до плеч, три изогнутых рога, выглядывающих из-под шелковистых волос, венчают голову, будто корона. Янтарные глаза завораживают, горят огнём страсти. Чувственные губы так и просятся, чтобы их поцеловали. Тело с аппетитными округлостями и плавными изгибами будто создано по образу мифической богини. За спиной змеёй извивается длинный, изогнутый вверх хвост. Округлостью форм ханира от викары не отстаёт и в чём-то даже превосходит. Волосы Найрин отливают серебром и почти достигают тонкой талии. Светлая кожа ангела – без изъянов, как у ребёнка. Обычно излучающие холод сапфировые глаза сияют нежностью. Горящие белым огнём крылья слегка подрагивают от возбуждения и нетерпения. Над головой полупрозрачным призраком мерцает нимб.

Н-да. Эффектное появление!

– Стриптизёрши, – я усмехнулся, видя, как мои боевые подруги отвели взгляд. – Идите ко мне. Вы ведь этого желали.

Я потянул их к себе.

– Шаин, – прошептала Найрин, обдав кожу горячим дыханием, прижавшись ко мне спереди и обвив руками вокруг шеи.

– Шаин звучит куда лучше, чем господин, – произнёс я, поглаживая ханиру по округлым бёдрам.

– Помнишь нашу первую встречу? – раздвоенный язычок Садары коснулся моего уха, викара прижималась ко мне сзади.

– Приди ко мне, я так долго тебя ждала, мы сольёмся с тобой в вечности, – улыбнулся я, передразнивая викару. – Кажется, так ты пыталась меня заворожить?

– Я рада, что из схватки разумов ты вышел победителем… Шаин, – прошептала Садара, её руки блуждали по моей груди, расстёгивая рубаху. – Иначе я бы так и оставалась ламией на поводке у Ильраха.

– Да, – выдохнул я, с трудом сдерживая пробудившиеся звериные инстинкты. – Я тоже рад, что на первом испытании оказался в месте твоего заточения.

– Мне… мне так стыдно, – прошептала Найрин. – Великий Мардук никогда не использовал нас подобным образом.

– Разве я использую тебя, моя прекрасная светлая защитница? – я погладил пальцами её мягкие крылья.

– Это прекрасно, – голос Фахисы заставил нас встрепенуться.

Я, обнажённый по пояс, и мои девочки – все при оружии – тут же взяли суккубшу в полукольцо. Да, она нам не враг, но вот так бесцеремонно вторгаться к нам…

– Тебе стоит объясниться, Фахиса, – я ткнул в её сторону кинжалом.

– Я бы и не посмела мешать вашим развлечениям, господин, – викара улыбнулась, обнажив клыки, – и даже сама бы понаблюдала, стоя в тени. Твои увлечённые прислужницы всё равно бы меня не заметили.