Я лежал на траве, а в фиолетовом небе надо мной висела огромная, совсем непохожая на себя, луна. Ниже, над самым горизонтом висела еще одна, поменьше. Ветерок, наполненный непонятными ароматами, нежно шевелил высокую темно–зеленую траву у моего лица. Тихо-тихо где-то звенели колокольчики. Было тепло и уютно. Я понял, что это бред. «Похоже, все-таки помираю».

Последнее, что я помнил, было то, как Ольга и Роман повели меня в озеро к светящемуся столбу. «Значит, и это мне привиделось». Я пошевелился и получил еще одно подтверждение того, что все вокруг ненастоящее – у меня ничего не болело. «Так может я уже помер?» Эта мысль все объясняла. Выходит, зря я был атеистом, загробная жизнь все-таки существует. А то, что она отличается от того, как её описывали, только добавило правдоподобия в мои умозаключения. Ведь действительность всегда отличается от воображаемого. Я уже почти смирился с тем, что я умер и на глаза у меня навернулись слезы – я никогда больше не увижу Ольгу.

Но вдруг, вся моя логическая цепочка рухнула – из травы возле меня поднялась голова Ольги и повернулась ко мне. В туже минуту её напряженное лицо, расплылось в улыбке, она закричала и кинулась ко мне:

– Он очнулся! Идите, он очнулся!

Её губы снова были на моих губах, и я это чувствовал! Мы не были бесплотными!

– Теперь ты знаешь все, что надо, выбор за тобой, – я не видел женщину, которая это мне говорила, но голос был приятный, как раз такой, какие мне нравились. В интонациях не было не давления на меня, ни уговоров, только доброжелательное изложение фактов. Однако, то, что она говорила, мне казалось чудовищным и несправедливым.

– Можно мне подумать? – спросил я.

– Конечно. Только прости, время ограничено. Нам надо уходить.

Голос исчез. Колокольчики зазвенели чуть громче, и я замер, обдумывая услышанное.

«Они не будут наказывать землян! Они разобрались. Ни хрена себе заявы, мы из-за них расхреначили весь мир. Всю свою жизнь превратили в жопу, и мы же виноваты?» Я злился, хотя и понимал, что это глупо. Нельзя понять чужой образ мысли за пять минут общения. Я отбросил все глобальные вопросы, раз я теперь жив, у меня еще будет время разложить все по полочкам. Сейчас передо мной стоял конкретный выбор, и надо было решаться – где я и с кем?

Почему-то меня не очень взволновало то, что я беседую с кем-то, кого на самом деле быть не должно – то ли инопланетяне, то ли гости из параллельного мира, то ли еще что-то… Тем более сегодня, я уже, как бы, побывал на том свете и вернулся оттуда. Да и этот малыш Иван Иваныч, за время нашего совместного путешествия подготовил меня к чему-то подобному.

Я сидел и думал. Хотя по-честному, выбор у меня был совсем небольшой – или расстаться с Ольгой, или нет. Поэтому я чуть сразу не согласился. То, что у всех остальных кроме меня выбора вообще не было, тоже давило.

И так – на одной стороне мои друзья, мой город, моя планета, мой мир. На другой – неведомое, Ольга и мои новые друзья. Внезапно я понял, что на самом деле я думаю не о том, оставаться мне на Земле или шагнуть черт знает куда. На самом деле я думал о том, как мне оставить с собой Ольгу – без нее мне будет, постыло хоть здесь, хоть там. И надо глядеть правде в лицо – в душе я уже все давно решил. Наверное, если бы Ольга была свободна в своем выборе, я бы предпочел остаться с ней на своей планете. И не потому, что меня тут что-то особенно держит, нет, просто утверждение невидимой собеседницы о том, что Ольга, как и Илья, получила ген, который они не могут оставить на Земле, заставляло меня думать, что там, куда мы отправимся, Ольга опять не будет самостоятельной.