Заметить сам момент смены обстановки даже не удалось, но мы уже не сидели на скамейке в парке моего города, а стояли на девственном ледяном карнизе. Вокруг вздымались величественные горы и, видимо, мы находились где-то очень высоко, поскольку воздух был явно разрежён.

У меня в прямом и переносном смысле перехватило дух. Кроме того, в моей легкой ветровке я сразу почувствовал дикий холод - градусов двадцать ниже нуля, не меньше!

- Убедился? - самодовольно изрёк старик, выглядевший совершенно спокойным. - Мы сейчас в Гималаях, в районе восхождения одной международной альпинисткой экспедиции. Вон, они как раз лезут.

Он кивнул куда-то за кромку ледяной стены, и я осторожно, чтобы не поскользнуться, подошёл к краю обрыва и посмотрел вниз. Действительно, метрах в пяти ниже карабкался первый альпинист в оранжевой куртке.

- Убедился? - повторил Василий Фёдорович.

- У-у-бедился, - ответил я, стуча зубами. - Как бы снова в тепло перебраться?

- Пятнадцать минут у меня осталось. Давай руку! - потребовал он.

Впрочем, Буравлёв мог этого и не требовать: мне совершенно не улыбалась перспектива остаться на этом пронизанном ветром уступе, и я схватил протянутую мне старческую ладонь, как спасательный круг.

Мы вновь очутились на скамейке в парке. Было изумительно тепло, и я потёр уже слегка завядшие уши. Старик же, казалось, и не замечал смены температур.

- Так ты согласен принять мою эстафету? - с несколько необычным для него пафосом спросил он.

- Так как же вы мне эту штуку передадите, если снять её с вас невозможно? - Я снова переключился на "Вы" - полёты сквозь пространство вызывали невольное уважение.

- Дурачок, ты, Макс, - словно добродушный дедушка усмехнулся Василий Фёдорович. - Именно я и могу её снять с себя в эти свои последние минуты. Но после того как это устройство надето на выбранного другого, только тот новый обладатель сможет сделать это, когда придёт срок.

- А откуда эта штука энергию берёт? - спросил я.

- Да мне почём знать? - фыркнул Буравлёв. - Я ж не учёный! Да и какая разница?

- По большому счёту, никакой, - покачал я головой. - Так и куда, вы говорите, она позволяет перемещаться?

- В любое место, в какое пожелаешь. Конечно, если точно не знаешь, куда, то перескок получается очень приблизительный. Но не бойся, никогда не случается так, чтобы ты попал внутрь скалы какой-то или стенки, например, - пояснил он, предвидя мой вопрос.

Очевидно, в этот раз Буравлёв прочитал отчётливое сомнение в моих мыслях. Но того, чего я опасался, он там не заметил, поскольку меня действительно интересовало, не случается ли так, что скачущий через пространство, попадает внутрь другого предмета. Классическая проблема телепортации!

- Лучше, однако, если ты знаешь, куда требуется попасть - фото там имеешь или ещё как. Одним словом, разберёшься с этим делом быстро. По всей Земле можешь колесить - куда угодно! А вне Земли обязательно ориентир иметь чёткий надо.

- Так и вне Земли можно?! - Я не ожидал такого, хотя и очень надеялся.

- А то! К Игрокам иногда придётся наведываться - ну, отчитываться иногда, на вопросы кое-какие отвечать, рассказать о планах своих. Они это любят, чтобы представлять, чего ты хотел, и чего вышло, хе-хе.

- А... вот как, - сказал я, глотая слюну, - понял-понял. А они какие, Игроки - зелёные, поди, с рожками?

- Да почему?! Люди как люди, хотя, может, и демоны какие, всё-таки, в человечьем обличии, не знаю. Я с ним не слишком долго болтал. Ну, может с полчасика каждый раз, не больше.

- И где...

- А сидят они на этой самой планете, на Марсе....

- Марсиане? - удивился я. - Там же жизни нет!

- Говорили, что на Марсе у них то ли база, то ли штаб какой - сами они с каких-то звёзд, мол, прилетели. На базе их всего-то несколько морд сидит - сытенькие такие, холёные. На Землю им по правилам Игры, как я понял, часто соваться не следует.