– А я не ангел! – отрезала она. – Время истекло.

Она резко повернулась к двери, показав ему восхитительный зад. Еще один подарок судьбы, которым он не преминул воспользоваться.

Однако она ошибалась, считая себя хозяйкой положения.

– Никакой полиции, дорогая, – мягко предупредил он.

Только Фрэнка Бодетта ему сейчас и не хватало. Фрэнк Бодетт, эта жалкая пародия на окружного шерифа, вечно путался у него под ногами. А он и так уже вляпался хуже некуда.

– Поздно. – Она взялась за ручку двери.

– А вот тут ты ошибаешься, ангел мой, – спокойно произнес Тиг. – Никогда не бывает поздно. – Он солгал. Для него уже давно было поздно. Но многолетняя практика сделала свое дело – ложь сорвалась с языка легко, без малейшего усилия.

Она обернулась к нему, все еще держась за стеклянную дверную ручку.

– Ты голый, в крови, еле дышишь. Вряд ли ты сможешь меня остановить.

Тиг поцокал языком, как делала его бабушка Комо. А она-то думала, что внук ничему у нее не научился.

– Голый? Так ты подглядывала? Если бы я знал, я мог бы подумать, что твое grand coquin  относилось не к моему росту, а кое к чему другому.

Молодая женщина медленно залилась густой краской. Это его удивило. Если не считать первого момента, когда она вскрикнула от неожиданности, то до сих пор она обращалась с ним с холодным пренебрежением светской барышни, выговаривающей лакею, который нечаянно угодил пальцем в икру. Даром что он был голый и весь в крови.

– «Coquin» означает то же, что и «voleur» – «вор, плут». А рост здесь ни при чем. – Она секунду помедлила. – Вижу, ты слишком много о себе воображаешь.

– Потому что, если бы ты подглядывала, – продолжал он, не обращая внимания на ее слова, – ты бы заметила, что я не совсем голый. – Его губы расползлись в широкой самодовольной ухмылке, и он тут же поморщился от боли. – В отличие от тебя.

Вздрогнув от неожиданности, она окинула себя взглядом.

– Tout nu, ange, – повторил Тиг услужливо. – Это значит «совершенно голая». Так-то, мой ангел.

Только тут он понял, что ее румянец был вызван не кратким приступом женской стыдливости, а гневом. Даже застигнутая врасплох из-за своей наготы, она не утратила самообладания. Справившись с секундным замешательством, она снова в упор посмотрела на него.

Загадочный ангел. Накануне вечером Тиг сидел в баре, попивая пиво, проклиная безвыходное положение, в которое невольно поставил его Маршалл. Под конец он начал гадать, как может выглядеть дама, занимающаяся этноботаникой. Единственное, в чем он был уверен, так это в том, что с ней не оберешься хлопот.

Сейчас он понял, что недооценил ситуацию по всем статьям.

Молодая женщина медленно развернулась и уперлась руками в бедра. У нее были красивые бедра. В меру широкие, они выгодно подчеркивали талию. Под стать бедрам были изящные груди. Как раз по размеру ладони. Тиг непроизвольно сжал пальцы в кулак. Высокая, широкоплечая, с подтянутым животом и длинными стройными ногами. Ловкая, сильная. Грациозная, но без мягкой женственности. В ней не было ни капли мягкости. Она больше походила на амазонку, чем на ангела.

Но вот волосы… Очень короткие, блестящие. Золотистыми не назовешь, белокурыми тоже. Они были будто сотканы из солнечного, а может быть, лунного света, образуя сияющий нимб. Cheveux d'ange. Ангельские волосы.

– Насмотрелся?

Не дожидаясь ответа, она сдернула с вешалки белое полотенце и обмоталась им, небрежно засунув конец в ложбинку на груди.

– Никогда еще не встречал женщину, которая так уютно чувствует себя нагишом.